Авторы. От - страница 14

Авторы. От


НазваниеАвторы. От
страница14/24
ТипКнига
rykovodstvo.ru > Руководство ремонт > Книга
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   24
«Справка о некоторых результатах работы Межведомственной бригады в Красноярском крае в период с 10 февраля по 13 апреля 99-го года. Выявлено свыше пятидесяти преступлений экономической направленности. Из них пятнадцать из категории тяжких и в особо крупных размерах. Ущерб по возбужденным уголовным делам составил более 4,8 млрд. деноминированных рублей. Арестованы и содержатся под стражей пять руководителей различных уровней.

В частности, за злоупотребления полномочиями, хищения и другие преступления арестованы: бывший генеральный директор ОАО «Красноярскуголь» Опанасенко С.Н.; финансовый директор угольного предприятия ОАО «Разрез Назаровский» Шефер В.А.; депутат городского Совета, бывший руководитель НПО «Промтехника» Баякин С.Г.; глава администрации Ермаковского района Попов В. В.

В результате следственно-оперативных мероприятий предотвращена попытка со стороны криминальных структур взять под контроль угледобывающие предприятия края путем преднамеренного банкротства. По выявленным в угольной отрасли преступлениям возбуждено и расследуется четырнадцать уголовных дел. В том числе за злоупотребления полномочиями привлекаются к ответственности генеральный директор ОАО «Разрез Бородинский» Шерер В.Н., бывшие генеральные директора ОАО «Разрез Бородинский» Пожарский В.А. и Концевой Л.А., бывший заместитель генерального директора по экономическим вопросам угольного предприятия ОАО «Разрез Березовский» Кондратьев М.В.; за мошенничества и хищения — руководители ряда посреднических коммерческих структур.

Прокуратурой края возбуждено уголовное дело по факту злоупотреблений полномочиями и причинения руководителями ОАО «КрАЗ» и ОАО «Красноярскэнерго» вреда интересам государства путем продажи алюминиевому заводу энергии по заниженным тарифам. Установлено, что в результате противоправной сделки энергетиками недополучено в 1996 - 1998 гг. от алюминиевого завода около 4,7 млрд. деноминированных рублей.

Возбуждено уголовное дело по факту мошенничества (ст. 147 ч. 3 УК РСФСР), связанному с незаконным отчуждением в 1995 - 1997 гг. государственного пакета 20 процентов акций Красноярского алюминиевого завода и Ачинского глиноземного комбината, в результате чего, по предварительным данным, государству нанесен ущерб на сумму более 160 млн. деноминированных рублей.

В отношении депутата Законодательного собрания края, председателя совета директоров КрАЗа Быкова А.П. возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст. 174 УК РФ «легализация (отмывание) денежных средств, приобретенных незаконным путем».

Продолжается проведение оперативных мероприятий, бухгалтерских ревизий на ряде предприятий края, в учреждениях кредитно-финансовой системы. Выявлено шестнадцать преступлений, связанных с незаконным производством и оборотом алкогольной продукции. Вскрыто семь подпольных производств, изъято свыше семидесяти тысяч литров спиртосодержащей жидкости.

Раскрыто семь убийств, совершенных на территории края в период интенсивного передела собственности. Арестованы восемь лиц, обоснованно подозреваемых в их совершении. Проводятся активные мероприятия по установлению организаторов и заказчиков этих преступлений. Задержаны члены устойчивой группы, длительное время занимавшиеся вымогательством у руководителей ряда коммерческих структур. Организатор группы арестован. По результатам трех месяцев текущего года раскрываемость преступлений возросла на пять процентов. Увеличилось количество выявленных тяжких и особо тяжких преступлений экономической направленности, возросло количество раскрытых разбойных нападений. Больше закончено производством уголовных дел» [55].

Начинается так называемое «Дело Быкова».
Большая политика
Лебедь сделал «Дело Быкова» своим идеологическим знаменем. В «Идеологии здравого смысла», опубликованной еще в 1997 году, Лебедь призывал бороться с преступностью. Правда, тогда он призывал бороться методами решительными, но никак не репрессивными. Сейчас же с Быковым он стал бороться именно репрессивными методами.

Справделивости ради нужно отметить, что политическая целесообразность в применении репрессий была. Влияние Быкова было очень сильно и распространялось на весь край, захватывая его от Законодательного Собрания до глухой деревушки в Назаровском районе. Лебедь решил покончить с ней несколькими решительными ударами. Сначала разрыв старого предвыборного соглашения, затем захват приемной, приезд проверочной комиссии из Москвы, обыски в офисах «ТаНАКо» и компаний, принадлежащих Быкову. Аресты чиновников зубовской администрации, аресты приближенных Быкова. И последний удар, окончательный, направлялся в «голову» «империи Быкова». Требовался арест его самого.

При всей масштабности влияния, авторитет Быкова стоял практически исключительно на его собственном участии в делах. То есть, пока он следил за состоянием дел, пока следил за своими ближайшими соратниками, «империя» держалась. Но, как только Быков был арестован и посажен, его «владения» стали распадаться на самостоятельный уделы. Лебедь это понимал, и потому с такой настойчивостью стал добиваться ареста Быкова.

Борьба с преступностью Лебедем была использована для укрепления своего политического могущества. 19 марта 1999 года, доклад Лебедя на съезде РНРП:

«Большие деньги в нечистых руках могут сделать многое. Купить совесть чиновника, благосклонность судей, снисходительность правоохранительных органов. Место в законодательном органе для себя или для своих ставленников упирается только в «цену вопроса». Криминальные деньги начинают диктовать условия власти и закону… Вот почему криминальные капиталы будут всячески противодействовать приходу к власти здоровых сил, ориентированных а национальные интересы. Вполне можно ожидать блокирования российского криминального капитала с самыми радикальными силами ультралевого и национал-шовинистического толка. Диктатура денег – это путь не к рыночной экономике, а к хаосу и дестабилизации».
Агитация
Тогда же, весной 1999 года, в городе появились два любопытнейших документа. Оба они были представлены в виде ксерокопий. Это были выдержки из книги, якобы написанной в тюрьме Владимиром Татарниковым («Татарином»), одним из подельщиков Быкова. Якобы Татарников, как только его арестовали в Греции, тут же написал книгу, опасаясь за свою молодую жизнь, и в стремлении сдать негодного Быкова.

Ничего приниципиально нового в «книге Татарникова» не содержалось; сайт «Коготь-2» был даже красочнее и интереснее. Разве что рассказывалось о судьбе предпринимателей, которых Быков заманивал, обманывал, грабил и убивал. Поручиться за достоверность информации трудно, но почему-то эти сведения вызывали доверие. Меньше доверия вызывали патетические восклицания о том, что все материалы в виде тектсов и видеокассет храняться в надежном месте и если даже в Татаренкова ударит молния, они тут же поступят в редакции газет, телерадиокампании и лично Лебедю. Очень уж сильно отдавало все это скверным детективом.

А что не вызывало уже совершенно никакого доверия, так это авторство книги. Все, что известно о Татаренкове, свидетельствует – написать такой книги он не мог. Даже продиктовать не мог, а уж не то что написать. Кроме того, «книга Татаренкова» появилась очень уж своевременно, как раз к началу «Дела Быкова», и была написана очень уж в полезном для Лебедя духе.

Второй документ представлял собой план захвата власти, якобы составленный в окружении Быкова. Это был крайне любопытный документ… Впрочем, можно только процитировать высказывание Лебедя о нем: «Это план свержения власти. Вот здесь все расписано, вот он губернатор через нарушения договоренностей с краевой промышленной и политической элитой… Вся эта работа должна вылиться в широкомасштабное недовольство электората, и как здесь написано, публичное возмущение краевых лидеров. Но, чтобы мало не показалось, здесь есть экономические способы воздействия (тепло и свет в домах, зарплата шахтерам, наполнение краевого бюджета, жизнеобеспечение) – через все это осуществляется давление. И тут здание администрации, и, видите, поставлен крест – утрата управления и контроля. Экономических способов вам мало, к ним добавляются политические. Здесь отстроены все схемы, каким образом давить через все общественно-политические движения, СМИ, через ЗС, через законы о правительстве, через судебную систему. Поэтому, когда вы увидите эти действия, знайте, что дракон убит, но остались «драконыши» и ими еще предстоит заняться. Займемся» [26. С.1].

И далее в том же духе – о «захвате власти в крае, захвате власти в России».

Осенью 1999 года Захаров просил Буровского оценить качество этих документов – и «книги Татарникова», и «планов захвата власти» Быковым. Вообще-то приближенными Лебедя, если только не им самим, планировалось эти документы размножать и распространять в среде интеллигенции. Захаров исходно очень сильно сомневался в целесообразности этой кампании; после докладной Буровского по этому поводу идея оказалась уже окончательно похороненной.

Эти два документа были фальшивками. Изготовила их очередная московская дама из окружения Лебедя, подружка Гавриной и бывший сотрудник Идеологического отдела ЦК. А сама операция была неуклюжей копией одной давней истории. В 1993 году, в тревожное время противостояния Верховного Совета и Президента, в Государственную Думу попали документы, свидетельствовавшие о том, что готовится государственный переворот, Верховный Совет готовит отряды боевиков! Спецслужбы плотно занялись документами, и вышли на скромного журналиста Глеба Павловского, который сумел изготовить и запустить эту фальшивку. В этом случае уровень провокации оказался настолько высоким, что послужил началом политической карьеры Глеба Павловского. В Красноярске осуществили нелепый мертворожденный слепок с этой красивой операции.
Удушение «империи Быкова».
Быков выехал за границей, но своего влияния на дела в крае совсем не потерял. Самые ближайшие соратники поддерживали с ним связь. Через них Быков управлял своей империей, особенно ставшими крайне необходимыми красноярскими телеканалами ТВК и «Афонтово». Разворачивалась грандиозная кампания против Лебедя и сколачивание антилебедевского блока из красноярских политиков. Быков отдал приказ: патронов… то есть денег, не жалеть.

Отъезд Быкова совсем не помешал ему получать прибыль от работы КрАЗа. Прибыль от продажи алюминия скапливалась в оффшорных зонах, в недосягаемых для Лебедя банках. Частично она шла на переустройство бизнеса применительно к новым условиям, а частично на финансирование антилебедевской кампании.

Лебедь столкнулся с необычной ситуацией. Быков за границей, за пределами досягаемости не только самого Лебедя, но и российского МВД. При этом он продолжал пользоваться влиянием и получать прибыль от работы КрАЗа. То есть, с его отъездом положение кардинально не изменилось, и коренного стратегического перелома в войне с «алюминиевым гигантом» пока еще не произошло.

К тому моменты КрАЗ уже был на несколько рядов проверен всевозможными комиссиями и проверками. После этого брать деньги с него стало очень трудно, практически невозможно. Лебедь ожидал, что спустя некоторое время Быков истратит свои запасы на черный день и выбросит белый флаг. Однако этого не произошло. Активность сторонников Быкова не только не снижалась, а даже наоборот, восрастала. Все говорило за то, что идет постоянный приток денег.

Для того, чтобы сломить сопротивление Быкова, нужно было лишить его источника финансирования. Во-первых, нужно было ударить по КрАЗу, прекратить поступление сырья и добиться остановки производства. Стоящий завод прибыли не принесет. А, во-вторых, нужно было перекрыть все другие каналы финансирования Быкова. У него, после проверок на КрАЗе, очевидно, оставался еще один, дополнительный канал поступления денег. Его надо было найти и перекрыть. Это сделать оказалось сравнительно несложно. Во владениях Быкова не так много предприятий, которые могли бы приносить многомиллионные в долларах прибыли. Вторым после КрАЗа таким предприятием был Ачинский глиноземный комбинат, который был одновременно и поставщиком сырья на КрАЗ.

Итак, выбор направления наступления был сделан.
АГК
Начало этой истории, также как и всей истории алюминиевого бизнеса, лежит в начале 90-х годов. В 1992 году комбинат был включен в систему алюминиевого бизнеса, развивавшегося под контролем TWG. Вся деятельность комбината, градообразующего предприятия, на котором работало почти две трети жителей Ачинска, сосредотачивалась на производстве глинозема. На текущие нужды комбината в 1992-1993 годах приходили большие суммы, происхождение которых, как утверждалось, берет свое начало от торговли оружием и от чеченских авизо. Начался лихорадочный рост производства глинозема. Глинозем отправлялся на КрАЗ по очень низким ценам, там он превращался в алюминий, и часть прибыли от его продажи возвращалась в Ачинск, в карман директора комбината и его ближайших подчиненных.

В это время комбинат стал сокращать финансирование и отказываться от так называемых «непрофильных активов», то есть объектов социально-бытового назначения: больниц, детских садов, санаторных комплексов, подсобных хозяйств. Кое от чего отказаться было нельзя. Нельзя было отказаться от отопления Ачинска котельной АГК, потому что это был единственный в городе источник тепла. Но во всем остальном: отчислениях на бытовые и социальные нужды работникам, на ремонт оборудования, перечислениях в бюджет и других платежах, руководство комбината урезывало расходы.

На АГК в 1992-1993 годах процветал подпольный, полукриминального свойства, бизнес. Например, на базе автохозяйства и ремонтно-строительного управления АГК бывшим комсомольским работником комбината Николаем Ашлаповым была создана фирма «Святогор». Она занималась широким спектром деятельности: от розничной торговли до строительства, но в этом спектре преобладали торговые операции. Другой «золотой жилой» для Ашлапова стало производство силикатного кирпича. Он взял этот цех под свой контроль, и стал активно заниматься торговлей этим сравнительно дешевым и широко доступным стройматериалом. В городе и его окраинах развернулось широкомасштабное строительство. Доставались «сбережения», за небольшие взятки оформлялись земельные участки, и на них возводились коттеджи из этого самого силикатного кирпича. Доход от продажи кирпича и от строительства оседал в кармане в недавнем прошлом товарища, а теперь господина Ашлапова.

Используя свои широкие связи, Ашлапов в Ачинске создал нечто вроде своей «империи». Профилем его бизнеса стали строительство и торговля. Он взял под контроль несколько крупных магазинов и универмагов Ачинска. Позднее под его же контроль попал Ачинский хлебокомбинат. В своих операциях, ашлаповцы не особенно стесняли себя рамками закона. Широкоизвестными стали его связи с уголовными группировками города.

Пора бурной деятельности старой администрации комбината окончилась акционированием АГК в конце 1994 года. К этому времени финансы комбината оказались полностью расстроенными, за ним накапливались долги перед Минфином РФ, перед городской администрацией и перед Красноярской железной дорогой.
Ашлапов
В марте 1995 года на очередном собрании акционеров Ашлапов был избран генеральным директором. Акционеры, тогда еще в большинстве своем рабочие, сочли, что он сможет вытянуть комбинат из убытков. Вроде бы все тому были предпосылки: молод, опытен, имеет свой бизнес.

Но то, что стало твориться на комбинате при Ашлапове, не поддавалось описанию. Комбинат, и без того падающий, оказался в долгах, как в шелках. Производство разрушалось, зарастало грязью, а Ашлапов то и дело ездил к губернатору Зубову то за одним, то за другим кредитом. Кроме того, он взял себе за правило не платить в бюджет и субпоставщикам. Сколько откладывалось в его карманах, так и осталось неизвестным. Но АГК из депрессивного предприятия очень скоро превратился в банкрота.

Зимой 1995-1996 года по вине Ашлапова чуть было не был заморожен весь город Ачинск. Котельная АГК была единственным источником тепла для города. За долгую эксплуатацию она сильно износилась и каждодневно требовала ремонта. Ремонтировал котельную трест «Сибцветметремстрой», но за ремонт платил комбинат. Ашлапов за 1995 год не заплатил тресту ни одного рубля. Ремонтники работали весь год в кредит, не получая зарплаты, не получая спецодежды и горячей пищи, хотя работали в грязи и в холоде. В один прекрасный морозный день зимы 1996 года, ремонтники отказались работать, и котельная встала, не в силах вытянуть нагрузку. Потребовались чрезвычайные меры и большие усилия, чтобы отремонтировать котельную и подать тепло в дома. Нарастал скандал, и под давлением городской и краевой администрации, под давлением общественного мнения, Ашлапов оперативно изыскал средства, и заплатил тресту за срочный ремонт котельной.

Аналогичное положение было и по налогам в бюджеты. Комбинат платил в городской, краевой и федеральный бюджет. Если платить в местные бюджеты его заставляли соображения политического и делового свойства, то к платежам в федеральный бюджет его никто не принуждал. За АГК со временем накопились огромные долги, частично оставшиеся с «доашлаповских» времен, но приумноженные самим Ашлаповым.

Долго ли, коротко, на подвиги молодого и способного генерального директора обратили внимание в Москве, во Всероссийском Чрезвычайном Комитете по налогам. В списке ВЧК комбинат занял не то третье, не то второе место неплательщиков в бюджет по всей России, уступив ОАО «Москвич» и ОАО «КамАЗ». В декабре 1996 года ВЧК по налогам под председательством Чубайса приняла решение: банкротство и внешнее управление. На пост внешнего управляющего ВЧК рекомендовала Глеба Фетисова, ранее работавшего в «Альфа-групп».

Николай Ашлапов оставался генеральным директором, но фактически сложил с себя полномочия. От управления комбинатом он оказался отстраненным. Примерно год Ашлапов занимался своим бизнесом в Ачинске и приглядывался к ситуации. Ситуация ему подсказывала, что дальнешую карьеру лучше всего делать на политическом поприще. В Ачинске, поделенном между глиноземным комбинатом и нефтеперерабатывающим заводом, практически нет условий для развития бизнеса. Ашлапов, конечно, кое-что смог захватить, например такое важное предприятие, как Хлебокомбинат. Но и он не приносил большой прибыли. Из прибыльной же сферы – производства глинозема, его вытеснили, а в другую прибыльную сферу – переработку нефти, Ашлапову ни за что не пробиться.

В начале 1998 года начались выборы губернатора, и взошла звезда Лебедя. Ашлапов понял, что это его шанс. Он, со своими подчиненными, поддержал генерала, и провел активную кампанию в его поддержку в Ачинске, рассчитывая, естественно, на ответную благодарность. И он ее скоро получил. В сентябре 1998 года, по болезни прекратил исполнение полномочий главы города Григорий Дружинин. Вместо него исполняющим обязанности главы города Лебедь назначил Ашлапова.

В это время Лебедь и Быков еще дружили. Летом 1998 года сторонникам Быкова удалось выдавить с АГК прежнего управляющего Фетисова. 30 июля 1998 года Красноярский арбитражный суд продлил на год внешнее управление и назначил управляющим Наиля Насырова.

Но в декабре 1998 года произошел решительный разрыв между Быковым и Лебедем. Уже в декабре 1998 года Лебедь попытался сместить Насырова с поста внешнего управляющего. 28 декабря 1998 года губернатор обратился с иском в Челябинский арбитражный суд. Этот разрыв пришелся как раз на начало предвыборной кампании выборов главы города, на которых Ашлапов собирался стать уже полноправным главой. Он ожидал, что ему в этот помогут люди Быкова, и деньгами, и возможностями. Он думал, что теперь сможет выиграть выборы без особых затруднений.

Штаб Ашлапова подсчитал, что для победы на выборах достаточно собрать 14 тысяч голосов избирателей. Штабисты собрали 14 тысяч подписей в поддержку Ашлапова, и на этом активная агитация практически завершилась. Команда самоуспокоилась и занималась очень вялой агитацией за Ашлапова через газеты и по местному телевидению.

Но за неделю до первого тура резко выросла поддержка директора АО «Ачинскстрой» Николая Ачкасова. В начале выборов это был просто серый кандидат-хозяйственник. Ашлапов думал, что одолеет его без труда. Однако, Быков в Ачинске поставил на Ачкасова. Деньги и активная работа быстро выдвинули того в лидеры кампании. Ачкасов стал опережать Ашлапова.

Ачкасовцы сделали ставку на устную агитацию «от двери к двери», копируя тактику лебедевской кампании. В небольшом городе она принесла свои плоды. В первом туре голосования Ачкасов собрал 44% голосов, тогда как Ашлапов всего лишь 35% голосов избирателей.

Ашлапов понял, что проигрывает, и во втором туре выборов обрушился с критикой на нового внешнего управляющего АГК Насырова со всевозможными обвинениями, общий смысл которых сводился к тому: «Почему ты мне не помог?». Поводом для нападения стал вопрос о цене на глинозем.

Впрочем, нападения Ашлапову не помогли. Во втором туре голосования, 24 января 1999 года ачинские избиратели выбрали главой города Ачкасова [61].
Цена на глинозем.
С приходом внешних управляющих на АГК, ситуация на комбинате стабилизировалась. Стала выплачиваться зарплата работникам и одновременно на 100 долларов подешевел глинозем. Его отпускная цена составляла 240 долларов до прихода Насырова, при 260 долларах рыночной цены. При Насырове отпускная цена по документам комбината стала составлять 147 долларов за тонну. При этом на КрАЗ глинозем приходил по старой отпускной цене, за все те же 240 долларов.

Куда же девалась разница? Глинозем продавался на КрАЗ не просто так, а через фирмы-посредники. Одна фирма находилась в Челябинской области, две другие – в Калмыкии, которая пользуется правами оффшорной зоны, и еще несколько фирм за границей, на Виргинских островах. Платежи шли через эти фирмы. На комбинат приходило 147 долларов за тонну, а все остальное терялось по дороге. Были сведения, что глинозем фактически приобретается за 90 долларов за тонну, то есть по себестоимости. Элементарный подсчет показывал, что в месяц АГК теряет до 4,5 млн. долларов прибыли или 54 млн. долларов в год.

Первым делом, что сделал Ашлапов после поражения на выборах, так это пошел к Лебедю с бумагами, в которых приводились факты о более чем странном положении на комбинате.

Лебедь заинтересовался таким положением дел. Подсчеты показывали, что в местные бюджеты не заплачено налогов с работы комбината 12 млн. долларов, или около 300 млн. рублей. Кроме этого, документы показывали, что даже с показанной прибыли комбината, Насыров заплатил меньше половины причитающихся налогов.

Более пристальное изучение этого дела, показало, что отставка прежнего внешнего управляющего АГК Фетисова была проведена с грубыми нарушениями закона. Оказалось, что идет разворовывание прибыли комбината. Расследование показало, что фирмы-посредники являются структурыми подразделениями TWG. Ниточка от комбината потянулась к Быкову. Оказалось, что Быков, вместе со своими заграничными товарищами, создал систему увода прибыли из Красноярского края, прямо в фирмы-посредники и далее к себе на счета. Лебедь взялся за перекрытие этого канала финансирования Быкова. В феврале 1999 года краевая администрация обратилась снова в Челябинский арбитражный суд. Но оба раза суд оставил прежнее решение в силе. В июле 1999 года губернатор обратился теперь уже в Высший арбитражный суд с иском к Насырову и с требованием снять его с должности внешнего управляющего комбинатом. Высший арбитражный суд удовлетворил просьбу истца, и вынес решение о приостановлении решения Красноярского арбитражного суда годичной давности о назначении Насырова внешним управляющим АГК.
Наступление на «алюминиевого гиганта»
7 июня 1999 года, на годовом собрании акционеров КрАЗа, Быков был снова избран в состав Совета директоров завода. Вскоре прошло бурное и торжественное празднование 30-ти летнего юбилея завода на площади перед Дворцом культуры КрАЗа. Эти события показали Лебедю, что противник, даже после тяжелых ударов «угольной войны» и «Дела Быкова», еще до конца не сломлен. Лебедь стал разворачивать еще более решительное наступление на «алюминиевого гиганта». Его целью теперь стало разрушение технологической цепочки производства алюминия и разрушение, таким образом, всей «империи Быкова».

Лебедь здесь действовал как командир воюющей дивизии. Его действия оправдывались только политической целесообразностью и целью «окончательной победы над врагом». А с точки зрения хозяйственника, удар по КрАЗу, производившему 30% валового промышленного продукта края, мог принести самые непредсказуемые последствия. Впрочем, Лебедя такие соображения мало волновали. Политическая целесообразность превыше всего!

Быков же тем временем планировал продолжение своей политической карьеры. Скоро должны были состояться выборы в Государственную Думу, и он повел переговоры с рядом политиков, руководителей партий и движений, с тем, чтобы в составе из списков пройти в Госдуму и защититься от дела депутатской неприкосновенностю уже не только депутата Законодательного Собрания, но еще и депутата Госдумы. Если бы это удалось, то тогда расследование возбужденного дела отложилось бы лет на пять, как минимум. Быков знал, что среди депутатов Госдумы сидит много преступников, скрывающихся от преследования, и что «своего» они на расправу не выдадут. А за пять лет, согласно арабской поговорке: «или ишак сдохнет, или визирь помрет». Быков надеялся, что через пять лет Лебедь перестанет быть губернатором края и его дело заглохнет.

16 июля 1999 года информация о выдвижении Быкова кандидатом в депутаты Госдумы попала в печать. Вскоре стало известно, что он включен вторым номером в список «ЛДПР». Надо полагать, что деньги, уводимые с АГК, частично должны были оказаться в предвыборном фонде партии ЛДПР.
«Черная касса»
6 апреля 1999 года «Вечерний Красноярск» опубликовал статью «Разыскивается Черкашин Андрей Витальевич». Черкашин был заместителем председателя Комитета по госимуществу Краевой Администрации. Последний раз его видели 20 декабря 1998 года, когда он уезжал от Дворца Культуры КрАЗа на своем джипе. Спустя несколько дней джип был обнаружен пустой, брошенным на подъезде к дому Черкашина. О самом хозяине ничего не было известно. За информацию о местонахождении Черкашина объявили вознаграждение в 30 тысяч долларов.

Узнав об исчезновении Черкашина, срочно стал собирать чемоданы другой человек – Юрий Быбин. Он знал, что следующим кандидатом в «пропавшие без вести» будет именно он. Дело заключалось в том, что Черкашин был казначеей «черной кассы» на выборах Лебедя, а Быбин был бухгалтером этой кассы.

На выборах губернатора Лебедя, кроме официального предвыборного фонда, находящегося под контролем крайизбиркома, Быков создал из своих средств так называемую «черную кассу». Это был нигде не зарегистрированный, нигде не объявленный денежный фонд, выплаты из которого производились наличностью без особенных формальностей. По некоторым данным, в этом фонде было 13 млн. 915 тысяч рублей, при разрешенном предвыборном фонде в 417 тысяч рублей [62]. Кассой заведовал Александр Черкашин. Он ездил в Москву и привозил оттуда огромные чемоданы, набитые наличностью: пачками новеньких долларов, в упаковсках Федерального Казначейства США и с совпадающими номерами. Быбин держал журнал выдачи средств и расписки о получении. Деньги из кассы расходовались на всевозможные акции: покупку подарков, организацию фуршетов и банкетов, агитацию в северных районах края. Ходили такие слухи о методах использования «черной кассы».

Например, в район, к местному начальству приезжает группа агитаторов на микроавтобусе, битком набитом водкой, закуской, оргтехникой и прочими «подарками». Они проводят неофициальную встречу с местными руководителями, объясняют им, какой хороший Лебедь и почему за него нужно агитировать и голосовать. Упор ставился на «агитировать», потому что в районах края местное начальство пользуется огромным влиянием и авторитетом. Начальство поилось водкой и обильно кормилось. В «подарок» оставлялись факсы, компьютеры, видеомагнитофоны.

Другой пример. В труднодоступные северные районы края вылетает неизвестно кем зафрахтованный вертолет, нагруженный водкой. Вертолет облетает стоянки оленеводов, на делая посадки, сбрасывает свой груз вниз. Чтобы местное население знало, от кого подарок, и за кого нужно голосовать, в ящики с водкой вкладывались листовки предвыборного штаба Лебедя.

Или, например, на встрече Лебедя в районе организуется шикарный, обильный, дорогостоящий банкет для местного истеблишмента, с даровой выпивкой и закуской. Местный истеблишмент кормился и поился настолько обильно, что любому наблюдателю было понятно: такие банкеты только на официальный предвыборный фонд Лебедя организовать никак не удасться.

Быбин называл, опираясь на сохранившиеся у него документы, такие суммы, выходившие из черной кассы. На оплату московской группы было потрачено 1,5 млн. долларов, на оплату группы Большакова из Петербурга – 3 млн. долларов. На издание газеты «Честь и Родина» израсходовали свыше 100 тысяч долларов.

Далее суммы шли в рублях. Только на автотранспортные расходы было направлено 409 тысяч рублей, то есть почти столько же, сколько должен быть весь избирательный фонд кандидата. На аренду помещений – 458 тысяч рублей, на агитацию – 851 тысяча рублей, на рекламу в газетах – 635 тысяч рублей, на телевидение – 396 тысяч рублей, на общие организационные расходы – 3 млн. 92 тысячи рублей [80].

Итак, все эти акции оплачивались из «черной кассы». Это было чистое нарушение закона. Если Зубов активно использовал свое служебное положение и принуждал избирателей к «правильному» голосованию, то Лебедь подкупал избирателей. В этом отношении главные кандидаты друг друга стоили. Но с Зубовым было более или менее понятно: выборы он проиграл. А с Лебедем было сложнее. Признание крайизбиркомом фактов подкупа избирателей означало отмену выборов губернатора и снятие Лебедя с поста.

После окончания предвыборной кампании, Зубарев попросил Быбина отдать ему документы «черной кассы». Быбин уже собирался было отдать все папки, но в последний момент изъял оттуда все документы, на которых стояла его личная подпись.

В середине августа 1999 года бывший казначей предвыборного штаба Лебедя Быбин делает официальное заявление, подкрепляя его ксерокопиями документов из «черной кассы». Он говорит, что «черная касса» в действительности существовала, показал некоторые документы и сказал, что исчез Черкашин, распорядитель этой кассы. Многозначительный намек указывал: его уже, наверное, нет в живых.

Разворачивался скандал. В газетах прошли публикации документов о «черной кассе». Большая статья появилась в «Литературной газете». О нарушениях закона заговорили на ТВК и «Афонтово». Лебедь не стал опровергать эти материалы и статьи, сочтя за лучшее промолчать. Крайизбирком отказывается рассматривать представленные Быбиным ксерокопии документов. Быбин обращается в Краевой суд, который признает это решение незаконным и предписывает Георгию Кострыкину, председателю крайизбиркома, принять к рассмотрению документы из «черной кассы» Лебедя [56].

Лебедь, верный своему принципу, сразу нанес удар в голову «империи Быкова». До этого он пользовался депутатской неприкосновенностью депутата Законодательного Собрания, и не мог быть арестован и привлечен к ответственности. Но 18 августа исполняющий обязанности Назаровского межрайоного прокурора Дерменев выпускает постановление о взятии Быкова под стражу. Но утвердить такое постановление может только прокурор края. Он же пока отказался поставить свою визу под документом.
Взятие АГК
Лебедь, обратившись с Высший Арбитражный суд с иском к Насырову, и требованием продлить внешнее управление на комбинате на 7,5 лет, потребовал от Насырова сдать дела и печать Сергею Козырову, которого Лебедь незначил своим представителем на комбинате. Это было совершенно незаконное, с точки зрения юристов, требование, но Лебедь пригрозил, что выполнить его любой ценой, даже силой ОМОНа.

Тем временем Высший арбитражный суд принял дело к производству и назначил его рассмотрение на 21 сентября 1999 года. Но Лебедь торопился. Он сформировал команду нового «внешнего управляющего» Георгия Локка и принялся захватывать управление комбинатом, не взирая ни на какие требования закона.

У здания заводоуправления начались митинги рабочих, которые протестовали против смещения Насырова. Рабочие пригнали к заднию заводоуправления «БелАЗы», и перекрыли огромными грузовиками подступы к входу в него.. 6 сентября 1999 года на АГК приехал первый заместитель губернатора Владимир Овчинников и Козыров. На переговорах с Насыровым, Овчинников еще раз потребовал сдать дела и печать. Насыров отказался подчиниться требованию, строго говоря, совершенно незаконному.

Лебедь позже сказал: «Неделю назад ко мне приходили гости - владельцы фирм-акционеров АГК, - Лев Черный, Дмитрий Босов и Василий Анисимов, - и страстно просили меня не исполнять решение Высшего Арбитражного Суда об отстранении Насырова. Предупреждали о возможности серьезных массовых беспорядков. Только я не согласился и прямо вслед за этим беспорядки и последовали. Я не склонен относить возникновение этих беспорядков на счет прозорливости этих господ. Скорее, это можно отнести это на счет их организаторских способностей. Но как бы там ни было, мы сегодня можем констатировать приятный факт: убитых, раненых, избитых у нас нет. Предприятие работает. Заработная плата выплачивается. Глинозем идет» [55].

Насырову пришлось временно переехать в здание заводоуправления. Его подчиненные забаррикадировали входные двери и не выходили из своих кабинетов. Рабочие митинговали у дверей заводоуправления. Лебедь сделал попытку достичь своей цели обходным путем. На станции Красноярск-Северный 7 сентября был задержан состав с глиноземом с АГК. Было объявлено, что этот глинозем был «украден». При проверке документов, выяснилось, что он был вывезен с комбината на совершенно законных основаниях. Однако, все составы с глиноземом, направляющиеся на КрАЗ, стали задерживаться на станции Красноярск-Северный. КрАЗ стал работать на своих запасах глинозема, которые оставались на его складах.

Наконец, Лебедь приказал взять комбинат штурмом. 12 сентября приехал «технический директор» АГК Заруба в сопровождении отделения ОМОНа. Приехавшие в Ачинск застали там рабочих, собравшихся вокруг запертого изнутри заводоуправления. Оказалось, что там забаррикадировались Насыров и глава города Ачкасов. ОМОН оттеснил рабочих от дверей. Со звоном рухнули стеклянные двери заводоуправления. Бойцы ОМОНа, в камуфляже, касках и бронежилетах заняли помещение диспетчерской комбината. Заруба тут же отдал приказ: продукцию с территории АГК не вывозить, складировать на склады.

15 сентября директор КрАЗа по производству Михаил Петухов заявил в прессе, что возможна остановка производства на заводе. Завод с 7 сентября не получает сырья, хотя должен получить в сентябре месяце 50 тысяч тонн глинозема. Он напомнил, что остановка производства грозит городу резким увеличением выборосов и огромными убытками заводу [63].

Местные СМИ, особенно ТВК и «Афонтово» разразились бурей негодования: «беспредел», «захват АГК», «изгнанение Лебедем законного внешнего управляющего». Почти неделю тема штурма кабинета Насырова не сходила с телеэкранов и полос газет. Прилетели даже московские эмиссары, представители руководства ЛДПР. Но вот 14 сентября стало известно, что Быков официально стал №2 в списке ЛДПР на выборах в Госдуму.

Тут Лебедь решил провести пресс-конференцию, чтобы нанести решительный удар по Быкову. 15 сентября 1999 года она состоялась. Лебедь назвал цифры хищения прибыли с АГК, цифры недополученных налогов, показал официальные документы: решение Высшего арбитражного суда по Насырову, документы по платежам налогов от АГК в бюджеты. Рассказал также о визитах эмиссаров из Москвы и о желании самого Жириновского приехать в Ачинск, показал и зачитал предвыборный список ЛДПР с Быковым на втором месте. Лебедь свое выступление закончил ударным спичем:

«Люди защищают большие деньги. Я бы сказал, ОЧЕНЬ большие деньги. Которые, почему-то, эти люди считают своими. А я считаю нашими с вами, принадлежащими всему краю. И намерен на этом настаивать. Более того, намерен победить в этом деле. Потому что сегодня на карту поставлен принципиальнейший вопрос: каким будет край, в целом государство, в ближайшем, обозримом будущем. Или оно будет воровским, бандитским, населенным холуями и холопами, бандитами, или будут жить Люди с большой буквы - с расправленными плечами и с высоко поднятой головой. Люди-хозяева. Вот этот вопрос сегодня решается. Здесь невозможно не победить. У меня все. Я благодарю вас за внимание» [55].
Нечистые методы
Лебедь не брезговал ничем для достижения своей цели. Это его качество особенно ярко проявилось в истории с борьбой вокруг АГК и КрАЗа. Как говорил Лебедь на пресс-конференции, 11 сентября 1999 года собралось собрание кредиторов глиноземного кандидата, которое выработало условия мирового соглашения с руководством АГК. Кредиторы согласились ждать возврата кредитов еще два года. Лебедь заявил по этому поводу:

«При известии об отстранении господина Насырова совет кредиторов Ачинского глиноземного комбината вдруг, ни с того, ни с сего, внезапно начал излучать христианские добродетели. Излучать массово. Порыв такой. Собрались в субботу. Почему в субботу, непонятно? Ну, ладно... Решили о банкротстве комбината забыть и очень кротко ждать возврата долгов два года. Истинность этого намерения расчетами не подтверждается. Долги комбината - 1,7 миллиарда рублей, то есть, если переводить в нашу вторую «национальную» валюту - доллары, это, примерно, 80 миллионов долларов. Выплачивать придется ежемесячно более трех миллионов долларов. Что не представляется реальным, потому что доходы комбината, при нынешнем положении дел, в месяц составляют чуть более двух миллионов долларов» [55].

И предъявил решение Дорогомиловского межмуниципального суда г. Москвы о мировом согласии. Заверенная копия официальной бумаги, с печатями, подписями, датами и прочим. Но, оказалось, что это решение суда было поддельным. На поверку оказалось, что Дорогомиловский суд никогда такого дела к произвосдтву не принимал, и судья, «подписавшая» решение суда, с июля 1999 года находится в отставке. По этому факту Дорогомиловская прокуратура возбудила уголовного дело по статье 327 Уголовного Кодекса РФ, «О подделке документов» [64].

В конце концов, методы Лебедя в борьбе со своими противниками привлекли внимание премьер-министра Путина. Путин в начале ноября 1999 года дал поручение министру юстиции РФ Юрию Чайке разобраться в положении на АГК и обеспечить возможность работы законному внешнему управлющему Наилю Насырову.

Лебедь, увидев крах своего начинания, отступился и быстро переориентировался на проблемы Чечни и Дагестана. 27 октября 1999 года губернатор подписал постановление Администрации края о выделении и краевого бюджета гуманитарной помощи этим республикам на сумму в 3,3 млн. рублей [65].
Арест Быкова
Лебедь продолжал преследовать Быкова. Пока решение о его аресте и заключении под стражу не было утверждено прокурором края. За месяц удалось добиться смещения прежнего прокурора края. Исполняющий обязанности Прокурора края Антипов в начале октября 1999 года утвердил арест и заключение под стражу Быкова. Информация на него была передана в Интерпол. Быков объявлен в международный розыск. К расследованию «Дела Быкова» были подключены все: Генеральная Прокуратура, Центризбирком, Высший Арбитражный суд, ФСБ.

11 октября Центризбирком отказывает блоку ЛДПР в регистрации, ссылаясь на неверно оформленные документы, представленные Анатолией Быковым в избирательную комиссию. Его начавшаяся было политическая карьера рухнула. План прикрытия депутатской неприкосновенностью стал неосуществимым. А неприкосновенность депутата Законодательного Собрания оказалась фактически отменной и.о. Прокурора края Антиповым.

Через десять дней уже краевая избирательняа комиссия отказалась принимать документы Быкова на избрание его по одномандатному округу. Кострыкин избрал в качестве формального предлога для отказа совершенно издевательское основание: необходимость проверить, есть ли Быкову 21 год.

29 октября на венгерско-югославской границе Быков был опознан и задержан венгерскими пограничниками при проезде в Югославию. 1 ноября 1999 года Столичный суд Венгрии выносит постановление: заключить Быкова под предварительный арест на 60 дней. МВД России обращается к правительству Венгрии с просьбой о выдаче Быкова. В тот же день Красноярский краевой суд окончательно отказывает Быкову в регистрации кандидатом в депутаты Госдумы по одномандатному округу [56].

Начинается рассмотрение вопроса о выдаче Быкова, а тем временем он сам обращается с просьбой к правительству Венгрии о предоставлении ему политического убежища.

В открытом столкновении с губернатором Лебедем Быков потерпел сокрушительное поражение. Он не только не добился создания энерго-металлургической корпорации, но и потерял многое из того, что имел. В первую очередь, с отъездом Быкова из Красноярска, стало падать его влияние на местный истеблишмент. В рядах соратников начался разброд, который сразу же выразился в ослаблении контроля над многими сферами в крае, как в политике, так и в экономике. В Законодательном Собрании летом 1999 года самым сильным становилось уже не алюминиевое, а аграрное лобби. Многие красноярские политики стали создавать свои коалиции и вести политику уже не оглядываясь на мнение и расположение Быкова.

Быков это хорошо понимал, и потому оставался на свободе как можно дольше, даже в бегах, даже за границей. Потому как, если он будет посажен, то «империя Быкова» развалиться окончательно. Последующие события показали, что так оно, в общем, и получилось.
Развал союза «Черный-Быков»
Лебедь в своем осеннем наступлении на «алюминиевого гиганта» хоть и не добился главной своей цели, но тем не менее, добился вполне приемлимого результата. Алюминиевый бизнес, бывший столь стабильным и надежным, зашатался. Раньше «алюминиевому братству» казалось, что никто не может помешать им заколачивать сверхприбыли на продаже цветного металла. Но сейчас выяснилось, что возможностей даже одного только губернатора, не говоря уже о более высоких чинах исполнительной власти, хватит для того, чтобы подорвать основы бизнеса. Достаточно лишь устроить вокруг главных заводов и комбинатов судебно-силовую возню.

КрАЗ из сентябрьского кризиса вышел без особых потерь. На заводе были запасы глинозема, которые позволили металлургам продержаться до разрядки ситуации. Но уверенность руководства в том, что подобные вещи не повторятся, была поколеблена.

Еще больше неуверенности стало у заграничных совладельцев алюминиевого бизнеса. Давиду Черному совсем не хотелось вступать в конфронтацию с Лебедем и терять миллионы долларов по его милости. Его неуверенность возросла еще сильнее после ареста Быкова. Он стал задумываться о том, как бы выйти из бизнеса, пока еще есть возможность.

Тем временем Лебедь предпринял еще одну атаку на «алюминиевого гиганта». Объектом нападения стал уже сам КрАЗ. Завод задолжал энергетикам боле 3 млрд. рублей за потребленную электроэнергию. Руководство «Красэнерго» добилось в Арбитражном суде Восточно-Сибирского округа решения о выплате заводом этого долга. Лебедь использовал это обстоятельство для атаки на руководство завода. 23 декабря было вынесено постановление о начале исполнительного производства, несмотря на то, что 20 декабря руководство КрАЗа добилось в Высшем арбитражном суде решения о приостановлении выплаты долга. Разнеслись слухи, что в самом ближайшем времени судебные исполнители станут описывать имущество завода. На следующий день, 24 декабря на площади перед проходной КрАЗа состоялся большой митинг рабочих, которые требовали приостановления производства, и недопущения закрытия завода. В тот же день кразовские юристы выиграли заседание в Красноярском арбитражном суде, который вынес решение о приостановлении выплаты долга [66].

Эти атаки не приводили к остановке КрАЗа, как того хотел Лебедь. Но зато они расшатали и привели к краху «империю Быкова». А это уже само по себе было немало. 28 декабря 1999 года собралось экстренное собрание акционеров КрАЗа, которое отменило полномочия прежнего Совета директоров, и избрало его новый состав. В нем Быкова уже не было. В начале января 2000 года TWG расторгло отношения с Быковым, сидевшим в венгерской тюрьме. Черный продал свои акции КрАЗа Роману Абрамовичу, затеявшему создание нового металлургического картеля «Русский алюминий» 20 января 2000 года арбитражный суд Уральского округа рассмотрел жалобу губернатора Лебедя о банкротстве АГК, продлил внешнее управление и назначил управляющим Георгия Локка. Насыров был лишен лицензии на право осуществления внешнего управления предприятиями.

Итак, Лебедь одержал убедительную победу в борьбе с Быковым. Его «Империя» была разрушена, отобран контроль над КрАЗом и АГК, разрушено партнерство с TWG, а сам Быков был арестован и ждал выдачи российским правоохранительных органам.

Только Лебедь не смог воспользоваться плодами этой победы.


1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   24

Похожие:

Авторы. От iconАвторы проекта
Авторы проекта: Нарбекова Марина Ивановна, учитель химии 1 кв категории; Решетнёва Юлия Михайловна, воспитатель

Авторы. От iconИнструкция разработана в фгун ниид роспотребнадзора Авторы: Цвирова...
Авторы: Цвирова И. М.,Федорова Л. С., Пантелеева Л. Г., Бедова Л. С., Панкратова Г. П., какова И. М

Авторы. От iconГлавная Книги S. N. U. F. F. (fb2)
...

Авторы. От iconГлавная Книги S. N. U. F. F. (fb2)
...

Авторы. От iconПояснительная записка рабочая программа составлена на основе Программы...
Программы специальных (коррекционных) общеобразовательных учреждений VIII вида. 5 – 9 классы под редакцией В. В. Воронковой (авторы...

Авторы. От iconИ содержание этапа
Авторы Елизарьев Михаил Юрьевич, к э н., Карпова Ирина Владимировна, к э н доцент

Авторы. От iconИнструкция №4 по применению дезинфицирующего средства «Санихайд»
Авторы: Л. С. Федорова, Л. Г. Пантелеева, А. Ю. Скопин, Г. П. Панкратова, А. Н. Сукиасян

Авторы. От iconРабочая учебная программа по литературному чтению 4 класс Авторы:...
Рабочая учебная программа по литературному чтению 4 класс Авторы: Н. А. Чуракова, О. В. Малаховская для умк системы «Перспективная...

Авторы. От iconЗакон «Об охране окружающей среды»
Авторы учебного пособия «Управление природопользованием» Щуров Б. В., Губанов Л. Н., Зверева. В. И

Авторы. От iconМетодические рекомендации
Авторы: Коронец Тамара Александровна, Учеваткина Людмила Михайловна, Мальгина Маргарита Геннадьевна

Авторы. От iconПосвящается памяти профессора Веры Александровны Мусселиус
Авторы: Н. А. Головина, Ю. А. Стрелков, В. Н. Воронин, П. П. Го­ловин, Е. Б. Евдокимова, Л. Н. Юхименко

Авторы. От iconИнструкция № иэ-07/7 по применению для дезинфекции средства «инцидин экстра н»
Роспотребнадзора Авторы Л. С. Федорова, Л. П. Пантелеева, Г. К. Заева, О. И. Березовский

Авторы. От iconМ. Г. Шандала к Х. н. В. В. Оханов
Инструкция по применению разработана фгун дезинфектологии Роспотребнадзора РФ. Авторы: Шашина Н. И., Германт О. М., РысинаТ., Лубошникова...

Авторы. От iconСправочник Издание 3-е, переработанное и дополненное
Авторы-составители: В. Д. Дмитриев, Д. А. Коровин, А. И. Кораблев, Г. П. Медведев, Б. Г. Мишуков, М. П. Наумов, Г. С. Чистова

Авторы. От iconДоклад 2008
Авторы доклада выражают искреннюю признательность за предоставленную информацию и помощь в его подготовке и рецензировании

Авторы. От iconАкадемии военных наук
Ответственность за достоверность информации, точность фактов, цитат и цифр несут авторы статей


Руководство, инструкция по применению




При копировании материала укажите ссылку © 2018
контакты
rykovodstvo.ru
Поиск