И. И. Филатова, А. Б. Давидсон Национальн a я политика и национальные отношения в юар после 1994 года

И. И. Филатова, А. Б. Давидсон Национальн a я политика и национальные отношения в юар после 1994 года


НазваниеИ. И. Филатова, А. Б. Давидсон Национальн a я политика и национальные отношения в юар после 1994 года
страница1/8
ТипДокументы
rykovodstvo.ru > Руководство ремонт > Документы
  1   2   3   4   5   6   7   8
И. И. Филатова, А. Б. Давидсон

Национальнaя политика и национальные отношения в ЮАР после 1994 года i.

После формальной отмены апартхейда, журналисты и политологи впервые заговорили о «южноафриканском чуде - возможности мирного перехода власти к демократически избранному правительству и мирной трансформации законодательно расчлененного по расовому признаку южноафриканского общества в единую нацию. В 1994 г., когда длительные переговоры между Африканским национальным конгрессом (АНК), и остававшейся у власти Национальной партией (НП), а также Партией свободы Инката, Демократической партией, представителями бантустанов и другими заинтересованными сторонами ii завершились принятием переходной конституции, демократическими выборами и созданием правительства национального единства. Большинство наблюдателей и вне, и внутри страны давали сугубо позитивную оценку объявленной правительством Нельсона Манделы политики национального примирения. Правда, как известно, далеко не все члены и сторонники АНК приветствовали тот факт, что новый национальный гимн включил в себя, наряду с гимном АНК - «Нкоси сикелела Африка», старый африканерский «Ди Стем», что представители Национальной партии получили несколько министерских постов в новом правительстве, и, тем более, что Мандела не демонстрировал неприязни к бывшему противнику - наоборот, даже зашел на чашку чая к вдове Хендрика Фервурда, главного автора и создателя системы апартхейда. Но ожидание скорых перемен к лучшему среди черного большинства и чувство облегчения среди белого меньшинства оказались сильнее мелких недовольств. Несколько лет в стране царила настоящая эйфория, и епископ Десмонд Туту провозгласил, что Южная Африка уже стала «радужной нацией». В действительности ситуация оказалсь значительно сложнее.

Идейная база национальной политики. АНК - нынешняя партии власти – - занимался осмыслением расовых и национальных проблем десятилетиями. Иначе и быть не могло, ведь расовая дискриминация была основой политической системы страны на протяжении столетий, не говоря уже о четырех с лишним десятилетиях режима апартхейда. Без понимания того, какой след оставили колонизация, рабство, расовая дискриминация и апартхейд в экономической структуре страны, в политической культуре всего ее населения, в его психическом складе, понять расовые и этнонациональные проблемы ЮАР невозможно. Этно-расовая проблема пронизывает все аспекты жизни страны, но, до 1994 г. организация не выработала ни единого определения нации, ни четкой программы национально-расовой политики. Идеологи АНК так и не пришли к единому мнению даже о том, сколько же наций в ЮАРiii.

В Хартии свободы, документе принятом в 1955г. и признанным программным и АНК и его союзниками - Конгрессом Южноафриканских Профсоюзов (КОСАТУ) и Южноафриканской Компартии (ЮАКП) - говорится и об одной нации («Мы, народ Южной Африки..»), и о двух («Южная Африка принадлежит всем, кто в ней живет, черным и белым…»), и о нескольких национальных группахiv. В 1979 г., в своем новогоднем послании АНК Оливер Тамбо выступил с лозунгом «Одна страна, один народ, одно правительство - правительство народа Южной Африки»v. В 1996 г., Табо Мбеки, заместитель президента страны, в речи «Я - африканец», произнесенной по поводу принятия новой конституции, упомянул и зулусов, и коса, и кои, и сан, и цветных, и африканеров, и даже южноафриканских китайцев, объединив их всех в единый образ африканцаvi. Но всего два года спустя, в другой речи, он сказал: «Южная Африка - страна двух наций. Одна из этих наций - белая, относительно зажиточная… Другая, большая нация… - черная и бедная»vii. Еще через три года Мбеки говорил о вкладе в борьбу против апартхейда представителей четырех национальных групп страныviii.

Естественно, что в зависимости от ситуации и обстоятельств и правительство, и государственные структуры, и политические партии, и неправительственные организации, и бизнес, и пресса, и простые граждане страны тоже по-разному трактуют понятие "южноафриканская нация". Поэтому как бы ни важны были определения нации, официальные документы, определяющие политику руководства страны по отношению к разным составляющим ее общества, в политической практике имеют гораздо большее значение.

Анализ этих документов следует начать с Хартии свободы, поскольку считается, что принципы, провозглашенные в ней, лежат в основе всех более поздних документов АНК. Второй пункт Хартии провозглашаетix:

Все национальные группы будут иметь равные права.

Все национальные группы и расы будут иметь равный статус в государственных органах, судах и школах;

Все национальные группы будут защищены законом от оскорбления их расовой и национальной гордости;

Все люди будут иметь равные права пользоваться своим языком и развивать свою народную культуру и обычаи;

Пропаганда и практика дискриминации по признаку нации, расы и цвета кожи, и презрения [к любому из них - И. Ф., А.Д.] будут наказуемым преступлением;

Все законы и практика апартхейда будут отменены.

Отмена практики апартхейда во многих организациях и учреждениях, например, в университетах, началась - негласно - еще во второй половине 1980-х годов, а в начале 1990-х законодательный апартхейд был похоронен окончательно. Но осуществление остальных принципов Хартии - идеала полного равенства - оказалось куда более сложным процессом, чем полагали ее авторы в 1955 г.

Придя к власти, АНК приступил, по его собственному определению, к осуществлению национально-демократической революции (НДР), первой из двух стадий революционного преобразования южноафриканского общества. Двухступенчатая модель революции разрабатывалась теоретиками ЮАКП на протяжении десятилетий, с тех пор, как лозунг «независимой туземной южноафриканской республики с полными и равными правами для всех рас - черной, цветной и белойx - как ступени к республике рабочих и крестьян» был предложен Коммунистической партии Южной Африки, предшественнице ЮАКП, Коммунистическим Интернационалом и принят в 1928 г.xi В 1969 г. эта модель была принята и АНК на конференции в Морогоро: АНК должен был осуществить первую, национально-демократическую, ступень революции. В документе конференции «Стратегия и тактика Африканского национального конгресса» говорилось: «Главное содержание настоящей стадии южноафриканской революции - национальное освобождение самой большой и наиболее угнетаемой группы - африканского народа. Эта стратегическая цель должна определять каждый аспект нашей борьбы, от формулирования политики до создания структур. Среди прочего, она требует прежде всего максимальной мобилизации африканского народа, как лишенной всего и расово угнетенной нации... Она должна стимулировать и углублять уверенность нашей нации, национальную гордость и национальное самоутверждение… Эти качества не противоречат принципам интернационализма. Наоборот, они становятся основой более длительного и значимого сотрудничества; сотрудничества добровольного и равного… В конечном итоге только успех национально-демократической революции, которая, разрушив существующие социальные и экономические отношения, приведет к исправлению исторических несправедливостей, совершенных против всего туземного большинства, и заложит основу нового, и более глубокого, интернационалистского подхода»xii.

Очевидно, что именно этот документ, а не Хартия, стал основой национальной политики АНК после его прихода к власти. Это не означает, что с 1969 г. политика АНК оставалась неизменной. С середины 80-х годов все большее число белых южноафриканцев поддерживали лозунги и борьбу АНК, и в конечном итоге он пришел к власти не в результате революции, а благодаря длительному переговорному процессу, завершившемуся компромиссом. Все это не могло не повлиять на теорию и практику организации. В документе «Основы конституции», сформулированном в 1986 г., руководство АНК утверждало: «Государственной политикой будет развитие единой национальной идентичности… государство признает языковое и культурное разноообразие народа…»xiii. В это же время генеральный секретарь ЮАКП, Джо Слово, писал о том, что Южная Африка - это единая «нация в процессе становления», или «становящаяся нация» - «единая нация, объединяющая все этнические общности» с «национальной культурой, в которой участвуют разные этнические группы»xiv. В предвыборном манифесте АНК 1994 г. говорилось о «нации, построенной в результате развития наших разных культур, верований и языков, как источнике нашей общей силы»xv. Именно тогда, в конце 80-х - начале 90-х годов был введен в оборот термин «нерасовое» общество, «нерасовость», противопоставлявшийся «многорасовости», которую пропагандировали представители белой либеральной интеллигенции.

Но даже в этот короткой период компромисса, названного национальным примирением, АНК вовсе не отказывался от принципов национально-демократической революции, провозглашенных в 1969 г. Только вводить их приходилось поэтапно и постепенно. В 1992 г., в разгар переговоров, Слово писал, что переговорный процесс является ступенью к достижению «более благоприятных позиций», с которых «освободительные силы» смогут продвигаться к «основной цели - национально-демократической революции»xvi.

Вопрос заключался в том, как трактовать понятие национально-демократическая революция. В стране, где социальное размежевание в обществе было насильственно совмещено с расовым, общая задача нового государства в сфере национальных отношений была очевидна: не только ликвидировать искусственные препятствия и перегородки между расовыми группами, но и добиться ощутимого улучшения положения огромного большинства населения, поставленного апартхейдом в условия беспросветной нищеты.

Руководство АНК, вырабатывавшее политику организации в начале 1990–х годов, отчетливо понимало, что национализация и/или ускоренное перераспределение, особенно в условиях новой глобальной ситуации, создавшейся с распадом социалистической системы, могли привести страну только к экономическому краху. От этой идеи оно в то время отказалось. Но и при этом у организации был немалый выбор экономических и политических мер, которые наполнили бы конкретным содержанием идею национально-демократического государства. Свой выбор АНК сделал в декабре 1997 г., в ходе очередной национальной конференции, которая рассмотрела несколько документов, впервые очертивших контуры воплощения национально-демократической революции в жизнь. Одним из самых важных был документ под названием "Формирование нации и национальное строительство. Национальный вопрос в Южной Африке". В нем была заложена идеологическая основа тактики АНК во всех сферах общественного развития, начиная от экономики и кончая образованием. Определялась в нем и политика организации по отношению к различным группам южноафриканского общества, как расовым, так и социальным.

В документе подтверждалась приверженность АНК принципу «нерасовости» и политике освобождения страны от расизма, однако пафос его заключался в возвращении к тезису о том, что «освобождение черных вообще, и африканцев в особенности» составляет основное содержание национально-демократической революции, разворачивающейся в стране. В документе упоминалась «южноафриканская нация», находящаяся в процессе становления; говорилось в нем и о «кампании за "новый патриотизм"», который «абсолютно необходим для национального строительства». Но основным результатом этого строительства, по мнению авторов документа, должна была стать «африканская нация на Африканском континенте… по взглядам, стилю и содержанию средств массовой информации, по культурному самовыражению, по пище и по акценту, с которым говорят ее дети». Более того, авторы утверждали, что «требуется продолжение борьбы за утверждение африканской гегемонии в контексте многонациональногоxvii нерасового общества». В то же время авторы документа подчеркивали многообразие и устойчивость культурных, религиозных и прочих традиций в южноафриканском обществе. В документе говорилось, что «отрицание реальности этих идентичностей демократическим движением означало бы создание вакуума, который может быть легко использован контрреволюцией»xviii.

Большое внимание уделили авторы документа классовому содержанию национальной политики АНК и классовому составу южноафриканской нации. Центральной задачей национально-демократической революции они назвали «улучшение качества жизни прежде всего бедных», «подавляющее большинство которых… составляют черные вообще и африканцы в частности». Однако вместе с этой гуманной целью тут же выдвигалась и другая: «поскольку создание социалистического или коммунистического общества не является целью НДР», его важной составной частью должно быть «создание черной буржуазии» и «ускоренный рост черного среднего класса» с тем, чтобы «место человека в обществе не определялось его расовой принадлежностью»xix.

В этом документе не упоминалась ведущая роль рабочего класса в национально-демократической революции, о которой говорилось в работе Джо Словоxx, и во многих других предшествующих документах АНК. Всего за несколько месяцев до национальной конференции, в мае того же 1997 г., парламентская фракция АНК обсуждала другой документ на эту же тему - закрытый, внутренний. В нем говорилось, что с «углублением процесса трансформации культура, ценности и интересы африканского рабочего класса и его союзников будут все больше составлять основу новой Южной Африки», и что нерасовости «нужно придать более специфическое культурное и классовое содержание, отражающее прежде всего позицию африканского рабочего класса и его союзников»xxi. В документе "Формирование нации и национальное строительство" рабочий класс даже не упоминался, а в резолюции "Стратегия и тактика Африканского Национального Конгресса", принятой конференцией, ведущая роль пролетариата упоминалась, но была разбавлена другими «движущими силами». Среди них теперь были беднота, безработные и даже африканская буржуазия и средний классxxii.

Конференция определила, таким образом, тот принципиальный курс, который составил основное содержание национально-демократической революции и которым, как известно, страна следовала на протяжении последующего десятилетия: утверждение и упрочение африканского национализма, сохранение и расширение основ рыночной экономики при перераспределении собственности в пользу черной буржуазии. При этом руководство страны считало, что одновременно оно заботитися о благосостоянии бедного черного большинства и защищает его интересы, но с этим многие не соглашались, в том числе и в среде самого АНК и его союзников, ЮАКП и КОСАТУ.

С точки зрения национальных отношений очевидно, что в 1997 году на смену идеям национального примирения пришли идеи национально-демократической революции, в ходе которой, как говорилось в документах конференции, должны были «разрешиться антагонистические противоречия между угнетенным большинством и его угнетателями»xxiii. Единственно возможной южноафриканской нацией, по мысли тогдашнего руководства АНК, являлась нация африканская, основанная на единстве многообразных африканских культур («идентичностей»). Неафриканцы могли стать членами этой нации, только отказавшись от своей собственной «идентичности» и приняв африканскую.

Изменение курса АНК показалось многим не только неожиданным, но и неоправданным, поскольку организация рисковала отчуждением значительных слоев южноафриканского общества по принципу расы и класса как раз в тот момент, когда, казалось бы, добрая воля и усилия всего общества, и прежде всего его бывшей привилегированной части были необходимы для достижения той цели, которую АНК перед собой ставил: улучшение экономического положения африканского большинства. В действительности причин для этого шага у организации было так много, что было бы странно, если бы она его не сделала.

Одна из них - это подъем африканизма в южноафриканском обществе - африканскогo самосознания, африканской культуры, африканской моды (стиль “афро”), а также и идей африканской исключительности который начался в 1970–х годах и неизбежно должен был усилиться с падением режима апартхейда. Видный член Панафриканистского конгресса – партии, отколовшейся от АНК в знак протеста против принятия Хартии свободы с ее словами «Южная Африка принадлежит всем, кто в ней живет, черным и белым» – заявил в мае 1997 г., что правительство Манделы «словно кокосовый орех - черное снаружи и супер-белое внутри». xxiv Он лишь повторил публично то, о чем говорили в кулуарах многие, в том числе и среди членов самого АНК. В недостатке «африканскости» (в данном случае – солидарности с правительствами африканских стран, невзирая на ситуацию) в политике на континенте правительство Манделы упрекали и лидеры других африканских стран.

Понятно, что потерять власть из–за этого АНК не мог: общепризнано, что его электорат будет голосовать за него еще долгое время при любых обстоятельствах. Но ожидания и надежды черного большинства после прихода этой партии к власти были столь велики, а проблемы страны столь многочисленны и глубоки, что разочарование было неизбежно. Да и деятельность правительства давала бедноте поводы для недовольства. Руководство АНК опасалось потери даже небольшого числа голосов, а в тот момент единственной реальной опасностью для АНК был африканский национализм.

Другой причиной изменения линии в сфере национальной политики был сам исход выборов 1994 г. Несмотря на пропаганду «нерасовости» и поддержку руководством АНК политики национального примирения, несмотря на энтузиазм белой интеллигенции, многие представители которой на первых общенациональных выборах голосовали за АНК, электорат четко разделился по расово-национальному признаку. Очевидно, для руководства АНК это обстоятельство стало еще одним подтверждением того, что партия может игнорировать позицию белых избирателей. К 1997 г. сокрушительное моральное и политическое поражение крайне правых белых партий и их практическое исчезновение с политической арены, выход Национальной партии из правительства национального единства, разоблачения преступлений ее прошлого руководства в ходе работы Комиссии правды и примирения, а также последовавший внутренний кризис в ее рядах - все это явно свидетельствовало, что угрозы со стороны правых белых партий для АНК больше не существует.

Возврат к идее осуществления национальной революции позволил руководству АНК выбить оружие из рук Панафриканистского конгресса и сторонников его идеологии внутри самого АНК, консолидировать и мобилизовать основной электорат своей партии и упрочить ее положение. Национальные лозунги помогли АНК подорвать позиции и Партии независимости Инкаты, основной базой которой является часть зулусского населения провинции Квазулу-Натал. Ее сторонникам национализм тоже был куда понятнее и ближе, чем «нерасовость» и социализм. В то же время деление южноафриканского общества на белых эксплуататоров и черных эксплуатируемых посылало союзникам АНК - Компартии и КОСАТУ - сигнал о том, что национальная политика АНК являлась в то же время и классовой. Последнее было, конечно, было правдой, но не совсем такой, какой она виделась в тот момент коммунистам и профсоюзному руководству.

“Национальный проект” АНК 1997 г. был детищем вице–президента партии и страны Табо Мбеки, избранного президентом АНК на конференции 1997 г. и ставшего президентом страны в 1999 г. Окончательно цель национально-демократической революции (НДР), какой ее видела часть руководства АНК во главе с Мбеки, была сформулирована в программном документе "Стратегия и тактика Африканского Национального Конгресса", принятом на конференции 1997 г. В нем говорилось: «Стратегической целью НДР является создание единого, нерасового, демократического общества, в котором мужчины и женщины будут равны. В сущности это означает освобождение всех черных вообще и aфриканцев в частности от политического и экономического рабства». Эта цель, разъяснялось далее в документе, может быть достигнута только тогда, когда будет «преодолено наследие социальной системы, основанной на угнетении черного большинства». Что именно это за система, становилось ясно из следующего параграфа, в котором говорилось о «симбиотической связи между капитализмом и национальным угнетением в нашей стране». Естественно поэтому, что «национальное угнетение и его социальные последствия» не могли быть ликвидированы «формальной демократией при поддержке рыночных сил»xxv. Таким образом, успешное завершение национально-демократической революции, установление настоящей (а не «формальной») демократии и создание единого нерасового общества, по мнению АНК, могло наступить только с ликвидацией капиталистической системы.

Документ проводил четкое разграничение между демократией институциональной и демократией масс. «Новое южноафриканское государство», говорилось в нем, «это государство, в котором формальные выражения демократии и прав человека должны поддерживаться вовлечением масс в выработку и осуществление политики»xxvi.

Что касается белых граждан, которых АНК считал угнетателями и против которых и была нацелена национальная революция, то, документ предлагал им “такую свободу и такую безопасность, которая законна и рассчитана на длительный срок, а потому значима»xxvii.

На следующей конференции АНК, в декабре 2002 г. (АНК проводит свои конференции раз в пять лет), этот документ («Стратегия и тактика» 1997 г.) изменен не был, но был снабжен подробным и весьма значимым «Предисловием». По словам авторов, цель Предисловия заключалась в разъяснении и конкретизации некоторых положений 1997 г. Но в действительности в нем оказалось много нового. Так, основой тактики АНК впервые было названо «креативное использование рычагов государственной власти, которые, постепенно, но неуклонно переходят в руки движущих сил фундаментальных перемен…», что «решающим образом дополняет рычаги массовой организации и мобилизации, которыми мы управляли на протяжении истории».

«Критическим элементом программы национального освобождения» авторы документа назвали «ликвидацию унаследованных от апартхейда отношений собственности». Для достижения этой цели необходимо было не только «перераспределение богатства и доходов в пользу всего общества, особенно бедных», но и «расовое перераспределение собственности и контроля над богатством, включая землю, равенство и позитивные действияxxviii при приобретении квалификации, доступ к менеджерским постам, консолидация и объединение государственного капитала, а также административного и социального капитала в руках движущих сил» революции. В число движущих сил НДР впервые была включена черная буржуазия, а белых рабочих, средний класс и буржуазию предлагалось последовательно убеждать в том, что «объединенные патриотические усилия по построению лучшей жизни для всех - в их долгосрочных интересах»xxix.

Изменение отношения к белым было вызвано отнюдь не теоретическими, а практическими соображениями: в 2004 г. АНК поглотил своего главного врага, Национальную партиюxxx. Важным элементом ее электората в провинции Западный Кейп были цветные, но в целом она оставалась белой. Называть своих новых членов врагами своей политики АНК не мог, присоединить их напрямую к движущим силам НДР - тоже. Отсюда и расплывчатая формулировка насчет «последовательного убеждения» и «долгосрочных интересов» . Далеко не все в АНК одобряли эти изменения, но коль скоро документ 1997 г. с его социалистической перспективой оставался в силе, эти отступления от традиционной трактовки национально-демократической революции были приняты не только АНК, но также и ЮАКП и КОСАТУ.

В декабре 2007 г. прошла очередная конференция АНК, обсудившая и принявшая новые документы, определяющие курс партии - и страны - на ближайшее пятилетие. В начале 2007 г. дискуссионные документы, предложенные к обсуждению на конференции, были разосланы отделениям АНК и опубликованы на сайте партии. По объему, количеству документов, разнообразию их тем и подробности их освещения этот пакет во много раз превосходит то, что обсуждал АНК на предшествующих конференциях. Каждый из них содержит идеи, утверждения и посылки, знакомые по прежним документам, и все же изменения в трактовке основного направления развития НДР очевидны.

Документ "Построение национально-демократического общества" xxxi включает прежнее определение национально-демократической революции, прежнее описание южноафриканской нации, как нации «африканской», прежнее утверждение о том, что «черные в целом и африканцы в частности являются движущими силами НДР», а также называет «черных рабочих» «главной движущей силой и лидером процесса перемен». Однако Доминик Твиди, хозяин популярного блога "Коммунистический университет" и неофициальный рупор левых кругов ЮАКП и КОСАТУ, озаглавил свою статью об этом документе «No Pasaran!» и назвал его «фашистским».xxxii. Официальная реакция ЮАКП была несколько более деликатной, но не менее резкой. Генеральный секретарь партии, Блэйд Нзиманде, назвал концепцию движущих сил НДР, изложенную в документе, «ревизионистской» и «оппортунистической»xxxiii.

В предыдущих вариантах “Стратегии и тактики” сутью НДР тоже были отнюдь не коммунистические, а националистические лозунги, но разница между ними и новым документом большая. В новом документе среди движущих сил НДР оказались не только беднота и рабочий класс, но и черный средний класс, черная буржуазияxxxiv (авторы документа назвали ее «патриотической»), и даже, в качестве ее периферийных отрадов, белая буржуазия. xxxv.

Но если белые, как группа, больше не являются врагом революции и даже могут быть включены в периферийные отряды ее движущих сил, то возникает вопрос, против кого же она ведется. «Главным врагом» НДР в документе объявлены другие партии - те, что находятся в оппозиции, хотя и конституционной, к АНК. Объяснить оппозиционность «черных» партий, таких как Инката или Объединенное демократическое движениеxxxvi, в рамках теории НДР невозможно. Именно поэтому уже с 2004 г. АНК считал своим главным противником Демократический союз (ДС), объявив эту партию исключительно белойxxxvii и приписав ей стремление повернуть страну назад, к апартхейду и расизму.

Но главным новшеством было то, что из этого программного документа исчезло какое бы то ни было упоминание того, что национально-демократическая революция должна в конечном итоге подвести общество к следующей, социалистической, ступени, или перейти в нее. Более того, новый вариант "Стратегии и тактики" называет создаваемое АНК национально-демократическое государство – цель НДР – социал-демократическим, что, по представлениям коммунистов, социализмом отнюдь не являются.

Эти новшества и вызвали бурную реакцию со стороны союзников АНК – ЮАКП и КОСАТУ, многие из которых не только считают, что социализм необходим и неизбежен в будущем, но и требуют его установления уже сейчас. Нзиманде писал, что на прошедшем в ноябре 2006 г. расширенном заседании ЦК ЮАКП одним из главных был вопрос о том, «насколько в настоящее время возможно углубление НДР без принятия некоторых целенаправленных мер социалистического типа». Принимать их должно правительство, готовое «решительно вмешиваться в экономику с тем, чтобы направить мощные ресурсы, которые находятся в руках капиталистического класса, на значительные проекты, связанные с развитием». «Общим чувством было то, - продолжает Нзиманде, - что НДР нужны серьезные меры социалистического типа, особенно в экономике»xxxviii. В резолюции 9-го съезда КОСАТУ, прошедшего в сентябре 2006 г. говорилось: «В практическом выражении мы должны определять политическую экономию НДР современной эпохи в соответствии с Хартией свободы… Мы официально отвергаем отделение НДР от социализма и утверждаем, что диктатура пролетариата - единственная гарантия перехода от НДР к социализму»xxxix.

Как известно, ЮАКП и КОСАТУ обвиняли руководство АНК во главе с Мбеки и руководимое им правительство в отходе от принципа социалистически-ориентированной НДР и в предательстве классовых интересов своей массовой базы - бедноты и рабочих уже в течение нескольких лет. С национальным аспектом НДР, как ее трактовало правительство, профсоюзы были согласны - пролетариат для КОСАТУ только черный; с социальным - нет: черный капиталист - это капиталист, а значит враг. Но до открытого раскола дело никогда не доходило, и после взаимных обвинений в прессе и стычек в кулуарах заседаний представители ЮАКП и КОСАТУ обычно голосовали за предлагавшиеся руководстом АНК документы. По этому сценарию развивались события и в 2007 г.

Политическая конференция АНК в июле подвергла дисуссионные документы, предложенные руководством Мбеки, существенной критике. Однако, решение об их принятии было отложено до национальной конференции партии, состоявшейся в декабре. В последние месяцы до конференции и в ходе ее борьба между окружением Мбеки и сторонниками Джейкоба Зумы, поддерживаемого ЮАКП и КОСАТУ, достигла такого накала, что документы всерьез так и не обсуждались. Соперничающие группировки сосредоточились на выборах руководства, и документы были приняты с минимальными поправками.

Сходство, однако, оказалось чисто внешним. На выборах сторонники Мбеки потерпели сокрушительное поражение, и большинство членов его кабинета не попали даже в состав Национального исполкома АНК, не говоря уже об избранном на конференции новом руководстве организации во главе с Зумой. А вот позиции представителей ЮАКП и КОСАТУ в руководстве резко усилились.

Конференция ознаменовала начало новой эпохи в истории АНК, а значит и всей страны. Пока не вполне ясно, как новое руководство организации будет трактовать приянтые на конференции документы, хотя сдвиг влево в ее политике кажется неизбежным. Что до этно–расовых проблем, то подход нового руководства к ним пока просто непредсказуем.
  1   2   3   4   5   6   7   8

Похожие:

И. И. Филатова, А. Б. Давидсон Национальн a я политика и национальные отношения в юар после 1994 года icon«Пычас» муниципал кылдытэтлэн администрациез постановлени е администрации...
«Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации», от 21 декабря 1994 года №68-фз «О защите населения...

И. И. Филатова, А. Б. Давидсон Национальн a я политика и национальные отношения в юар после 1994 года iconПамяти вячеслава марычева биография политика и артиста с. 46
Партия "родина" – смерть после жизни или жизнь после смерти? – Одиннадцатый Круглый стол в "Панораме" – с. 3

И. И. Филатова, А. Б. Давидсон Национальн a я политика и национальные отношения в юар после 1994 года iconПоложение о государственном лицензировании деятельности в области...
Решение Гостехкомиссии России и фапси от 27 апреля 1994 года №10 (с дополнениями от 24 июня 1997 года №60)

И. И. Филатова, А. Б. Давидсон Национальн a я политика и национальные отношения в юар после 1994 года iconПравительство Российской Федерации Государственное общеобразовательное...
Курс связан с обязательной дисциплиной «Мировая политика и международные отношения»

И. И. Филатова, А. Б. Давидсон Национальн a я политика и национальные отношения в юар после 1994 года iconМониторинг сми период времени: 11-07-2016
Курс на импортозамещение был объявлен два года назад, после введения санкций против России. В каком-то смысле на первый план при...

И. И. Филатова, А. Б. Давидсон Национальн a я политика и национальные отношения в юар после 1994 года iconС. Е. Стандриком «19» апреля 2012 года
И. о генерального директора Федерального государственного унитарного предприятия «Национальные рыбные ресурсы»

И. И. Филатова, А. Б. Давидсон Национальн a я политика и национальные отношения в юар после 1994 года iconЗакон Российской Федерации от 21 февраля 1992 года №2395-1 «О недрах»
Федеральный закон от 21 декабря 1994 года №68-фз «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного...

И. И. Филатова, А. Б. Давидсон Национальн a я политика и национальные отношения в юар после 1994 года iconП л а н
Положение о бухгалтерском учете и отчетности в Российской Федерации от 26. 12. 1994 года

И. И. Филатова, А. Б. Давидсон Национальн a я политика и национальные отношения в юар после 1994 года iconА. В. Карташев. Очерки по истории
Высшее Церковное управление и отношения Церкви к государству. Св. Синод после Петра Великого

И. И. Филатова, А. Б. Давидсон Национальн a я политика и национальные отношения в юар после 1994 года iconТема 10. Национальные особенности этикета делового общения (2 часа)...
Практическое занятие 10. Национальные особенности этикета делового общения (1 час) 133

И. И. Филатова, А. Б. Давидсон Национальн a я политика и национальные отношения в юар после 1994 года iconТема работы
Ключевые слова: маркетинг, управление маркетингом, предприятие, отдел маркетинга, рынок, товар, конкуренция, товарная политика, сбытовая...

И. И. Филатова, А. Б. Давидсон Национальн a я политика и национальные отношения в юар после 1994 года iconРунг Эдуард Валерьевич Греко-персидские отношения: Политика, идеология,...
Книга предназначена для специалистов в области антиковедоведения и международных отношений, преподавателей и студентов гуманитарных...

И. И. Филатова, А. Б. Давидсон Национальн a я политика и национальные отношения в юар после 1994 года iconРунг Эдуард Валерьевич Греко-персидские отношения: Политика, идеология,...
Книга предназначена для специалистов в области антиковедоведения и международных отношений, преподавателей и студентов гуманитарных...

И. И. Филатова, А. Б. Давидсон Национальн a я политика и национальные отношения в юар после 1994 года iconВ соответствии с изменениями в экономическом и социальном развитии...
Рыночные отношения вызвали к жизни новые источники получения денежных доходов в виде сумм, начисленных к выплате по акциям и вкладов...

И. И. Филатова, А. Б. Давидсон Национальн a я политика и национальные отношения в юар после 1994 года iconПрограмма Экономическое моделирование и экономическая политика: макроэкономика...
Экономическое моделирование и экономическая политика: макроэкономика и макроэкономическая политика

И. И. Филатова, А. Б. Давидсон Национальн a я политика и национальные отношения в юар после 1994 года iconТема урока внешняя политика при александре
Продуманная, последовательная внешняя политика в интересах государства и других народов способствует росту мощи и славы державы и...


Руководство, инструкция по применению




При копировании материала укажите ссылку © 2018
контакты
rykovodstvo.ru
Поиск