Анализ российского и зарубежного законодательство и практики регулирования в сфере исчерпания прав




НазваниеАнализ российского и зарубежного законодательство и практики регулирования в сфере исчерпания прав
страница1/14
ТипЗакон
rykovodstvo.ru > Руководство эксплуатация > Закон
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   14

НЕКОММЕРЧЕСКОЕ ПАРТНЕРСТВО «СООБЩЕСТВО ПОЛЬЗОВАТЕЛЕЙ АВТОРСКИХ И СМЕЖНЫХ ПРАВ»

Предложения по гармонизации и унификации законодательства в сфере исчерпания прав интеллектуальной собственности в странах ТС и включение в Концепцию развития охраны и защиты прав ИС и договор ЕЭС постатейных предложений по вышеперечисленным пунктам.


Исполнитель:

Председатель правления НП "СПАС" ______________________ А.В.Семенов






г.Москва, 2013г.


СОДЕРЖАНИЕ:

1 Этап

Анализ российского и зарубежного законодательство и практики регулирования в сфере исчерпания прав




3

2 Этап

Анализ судебной практики в РФ в сфере исчерпания прав



41

3 Этап

Предложения по гармонизации и унификации законодательства в сфере исчерпания прав интеллектуальной собственности в странах ТС и включение в Концепцию развития охраны и защиты прав ИС и договор ЕЭС постатейных предложений по вышеперечисленным пунктам



84

Анализ российского и зарубежного законодательство и практики регулирования в сфере исчерпания прав
Перед там как перейти к обзору зарубежного законодательства в той или иной степени, затрагивающего параллельный импорт, и соответствующей судебной практики, необходимо пояснить следующее:

Назначение любого закона - регламентация определённых правоотношений. Параллельный импорт порождает не отношения между правообладателем исключительных прав на товарный знак и импортёром, как это следует из отечественной судебной практики, а отношения между:

А) импортёром и производителем импортируемых им товаров – при этом производитель товаров имеет несколько лиц, он и экспортёр, и правообладатель исключительных прав на товарный знак, на секрет производства, полезную модель, промышленный образец и изобретение. То, какую маску надевает на себя производитель для того, то воспрепятствовать ввозу его товаров в ту или иную страну: правообладателя исключительных прав на товарные знаки или, например, защитника прав потребителей – это не предмет спора, а средство достижения необходимого такому производителю результата – запрета на параллельный импорт.

Б) параллельным и официальным импортёром,

В) параллельным импортёром и потребителем.

Наименее конфликтными, а значит, не требующими специального законодательного регулирования являются отношения между параллельным импортёром и потребителем. Данные правоотношения базируются на двух простых, но безусловных положениях:

  1. потребитель имеет право покупать любой товар, как предназначенный для продажи в данной стране, так и не предназначенный.

  2. потребитель должен получать от продавца полную информацию о товаре, в том числе и о том, что данная продукция имеет отличные от производимой в его стране характеристики.

Право потребителя покупать любой товар не нуждается в законодательном закреплении. Право потребителя на получение достоверной и полной информации установлено законодательством о защите прав потребителя и не требует закрепления в другом законодательстве.

Отношения между параллельным импортёром и производителем, несмотря на то, что все судебные процессы по параллельному импорту проходят между этими лицами, на самом деле лишены конфликтной составляющей. Параллельный импортёр, чтобы там не говорили официальные импортёры, увеличивает объём продаж производителя. Особенно, когда речь заходит о такой стране, как Россия, где конечные потребители могут находиться на расстоянии десяти тысяч километров друг от друга, а инфраструктура, в первую очередь транспортная, далека от совершенства. Иными словами: не может ни один официальный импортёр, да и не хочет поставить товар всем потенциальным покупателям.

В этой связи нет необходимости подробно объяснять, что наиболее напряжёнными являются отношения между официальными и параллельными импортёрами.

Правовые механизмы воздействия официальных импортёров не неофициальных минимальны – иск о возмещении вреда и иск о неосновательном обогащении. И тот, и другой иск основаны на доводе официальных импортёров, согласно которому параллельные импортёры паразитируют на их рекламных вложениях. Здесь важно подчеркнуть, что параллельные импортёры могут, правда, в очень ограниченном виде, «паразитировать» на вложениях официальных импортёров, но в то же время лишены возможности паразитировать на рекламных затратах производителей.

Невозможность «паразитировать» на рекламных затратах производителей заключается в том, что параллельный импортёры продают не контрафактную продукцию, а продукцию, произведённую самим правообладателем, которая приобретается импортёрами за назначенную правообладателем цену, куда рекламные затраты включены. А значит, приобретая оригинальную продукцию, параллельный импортёр возвращает правообладателю его рекламные вложения пропорционально приобретённой, а затем проданной продукции.

Возвращаясь к официальным импортёрам: нам не удалось обнаружить ни одного судебного процесса, в котором официальный импортёр требовал бы возмещения убытков или взыскания неосновательного обогащения с параллельного импортёра. Есть три причины такого положения вещей:

А) иски о возмещении вреда, наверное, самые тяжёлые с очки зрения доказывания. Иск о взыскании неосновательного обогащения к данным правоотношениям если и применим, то с очень большой натяжкой.

Б) убытков у официальных импортёров, скорее всего, нет по двум причинам: (а) основные рекламные вложения осуществляет всё-таки производитель, (б) каналы сбыта официальных и неофициальных импортёров пересекаются нечасто.

В) зачем идти таким сложным путём, через заявление иска о возмещении вреда, если есть более простой способ – взвалить на производителя бремя борьбы с параллельным импортом.

Но в варианте (В) имеются свои недостатки: подавляющая часть производителей либо отказывается бороться с параллельным импортом, либо создаёт видимость такой борьбы.

Требовать от параллельного импортёра возмещения убытков производитель не может всё по той же уже упомянутой причине: параллельный импортёр покупает продукцию производителя за назначенную им цену, что исключает возможность образования убытков.

Здесь мы подходим к собственно к спорам: так как правообладатель в договорных отношениях с параллельным импортёром не состоит, привлекать к договорной ответственности последнего он не может, о взыскании убытков также не может быть и речи, создаётся следующая формула: согласно национальному принципу исчерпания прав на некий результат интеллектуальной деятельности ввоз товаров на территорию некой страны без согласия производителя образует нарушение прав этого производителя как владельца некой промышленной собственности.

Это тот механизм, который заложен и в российское законодательство, поэтому останавливаться на нём подробно не имеет смысла, а следует сразу перейти к тому правовому регулированию, которого в российском законодательстве нет:
Товарный знак, как объект правового регулирования
Согласно п.1 статьи 1229 ГК РФ (положения которой повторены в п.1 статьи 1484 ГК РФ) само лицо, обладающее исключительным правом на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Таким образом, с учетом положений статьи 1231 ГК РФ, Гражданским Кодексом установлено, что использование исключительного права не должно противоречить не только ГК РФ, но и всему действующему законодательству.

Далее в статье 1229 указывается, что правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

Иное предусмотрено статьей 1233 ГК РФ, согласно которой распоряжаться своим правом (в том числе, разрешать его использование другим лицам), правообладатель может "любым не противоречащим закону и существу такого исключительного права способом".

Согласно п.1 статьи 1250 ГК РФ защита исключительного права (в том числе, запрет его использования другим лицам) производится способами, предусмотренными ГК РФ с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Из совокупности указанных норм следует, что сам правообладатель вправе использовать принадлежащее ему исключительное право любым непротиворечащим закону способом, даже, если такое использование противоречит существу такого права.

Однако правообладатель не вправе распоряжаться принадлежащим ему исключительным правом противоречащим существу такого права способом (в том числе, в рамках сделки согласия или разрешения, лицензионного договора и т.д.), а также защищать свое право (в том числе запрещать его использование другим лицам) без учета существа нарушенного права и последствий его нарушения.

 Таким образом, для того, чтобы установить в заявленных исковых требованиях отсутствие противоречий закону и существу защищаемого исключительного права, необходимо определить допустимые пределы осуществления такого права с учетом положений всего применимого российского и международного законодательства, а не только ГК РФ.

При этом определить существо конкретного вида объектов исключительного права исходя из формулировки общей нормы статьи 1229 ГК РФ, данной для всех видов объектов интеллектуальных прав, не представляется возможным.

Определение существа исключительного права в общей норме 1229 п.1, как «права использования любым непротиворечащим закону способом», не позволяет установить существенных отличий различных по своему объему, целям и ограничениям исключительных прав на объекты, перечисленные в статье 1225 ГК РФ.

Следовательно, существо исключительного права на конкретные виды объектов интеллектуальных прав может быть установлено исходя из иных источников права, включая согласно статье 15 Конституции РФ общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации, а также специальные нормы ГК РФ и правовые позиции судов, подлежащие обязательному применению.
Существо права на товарный знак.
В Российской Федерации существо права на товарный знак было проанализировано в Определении Конституционного Суда РФ от 20 декабря 2001 г. N 287-О:

«Согласно статье 1 Закона Российской Федерации "О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров" товарный знак представляет собой обозначение, способное отличать товары одних юридических или физических лиц от однородных товаров других юридических или физических лиц…

В отличие от объектов иных видов интеллектуальной собственности, рыночная стоимость которых во многом предопределена их самостоятельной ценностью как результатов интеллектуальной творческой деятельности (объекты авторского и патентного права), рыночная стоимость приравненного к ним по предоставляемой защите товарного знака как средства индивидуализации продукции зависит в первую очередь от признания этой продукции потребителем

статьи 2 и 4 Закона Российской Федерации "О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров", закрепляя исключительное право владельца зарегистрированного товарного знака пользоваться и распоряжаться товарным знаком и запрещать его использование другими лицами, направленные на реализацию статьи 44 (часть 1) Конституции Российской Федерации, ограничивают права хозяйствующих субъектов, закрепленные в статьях 17 (часть 3), 19 (часть 1) и 34 Конституции Российской Федерации, в той мере, в какой согласно статье 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации это необходимо в целях защиты здоровья, прав и законных интересов других лиц.»

В указанном Определении Конституционный Суд РФ установил, что:

-товарный знак представляет собой обозначение, способное отличать товары одних лиц от однородных товаров других лиц;

-право на товарный знак служит для целей индивидуализации продукции, а также для формирования признания продукции потребителем;

-праву на товарный знак корреспондирует обязанность обеспечения потребителям гарантии качества указанной продукции со стороны обладателя исключительного права в тех случаях, когда продукция производится не им самим, а его лицензиатом;

-исключительное право на товарный знак, закрепленное в статьях 2 и 4 Закона Российской Федерации "О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров", ограничивает права хозяйствующих субъектов, закрепленные в статьях 17 (часть 3), 19 (часть 1) и 34 Конституции Российской Федерации.

Конституционный Суд РФ указал, что товарный знак представляет собой обозначение, способное отличать товары одних юридических или физических лиц от однородных товаров других юридических или физических лиц.

В отличие от объектов иных видов интеллектуальной собственности, рыночная стоимость которых во многом предопределена их самостоятельной ценностью как результатов интеллектуальной творческой деятельности (объекты авторского и патентного права), рыночная стоимость приравненного к ним по предоставляемой защите товарного знака как средства индивидуализации продукции зависит в первую очередь от признания этой продукции потребителем.

Для защиты прав потребителя продукции, маркированной конкретным товарным знаком, законодатель, предусмотрев возможность использования товарного знака с разрешения его владельца по лицензионному договору, установил, что договор должен содержать условие о том, что качество товаров лицензиата будет не ниже качества товаров лицензиара и что лицензиар будет осуществлять контроль за соблюдением этого условия

Из данного Конституционным Судом разъяснения существа права на товарный знак следует, что в отличие от результатов интеллектуальной деятельности, охраняемых авторскими, смежными и патентными правами, исключительное право на товарный знак предоставляется лишь в объеме, ограниченном целью индивидуализации для различения товаров одних лиц от однородных товаров других лиц.

При этом еще одним его отличием является то, что товарный знак не обладает самостоятельной ценностью, как результат интеллектуальной деятельности, а предназначен для манипулирования выбором потребителей путем выработки у них с помощью рекламы "условных потребительских рефлексов".

Именно осознавая опасность манипулирования предпочтениями покупателей с помощью товарных знаков законодатель и установил правило, что в случае предоставления права использования товарного знака обе стороны такой сделки несут солидарную ответственность за качество выпускаемой под этим знаком продукции.

Между тем при ввозе товаров, индивидуализированных и проданных самим правообладателем или с его согласия, не возникает ни одного основания, которое бы затрагивало указанные особенности существа исключительного права на товарный знак.

Такие товары произведены, маркированы и проданы самим правообладателем добровольно без каких-либо обременений, т.е. ни задачи, ни проблемы различения товаров одних лиц от однородных товаров других лиц в данном деле не возникает.

Очевидным образом и качество этой продукции никак не зависит от того, какое лицо осуществляет ее ввоз, перевозку, хранение или продажу, поскольку ни одно из этих действий не приводит к необходимости использования товарного знака путем его размещения на каких-либо иных товарах, способных ввести в заблуждение потребителей, т.к. данная продукция произведена самим правообладателем.

Не затрагивается также оборотом указанных товаров и имущественная составляющая существа исключительного права на товарный знак, поскольку эти товары не могут быть истребованы правообладателем из чужого незаконного владения, т.к. товарный знак на них был размещен законно, товары не были украдены или произведены иными лицами "вне плана" во вторую смену и проданы без ведома правообладателя - из материалов дела следует, что данные товары были приобретены у самого правообладателя или с его согласия, что означает реализацию им не только своего права на индивидуализацию, но и права на получение имущественного предоставления за реализацию своего права.

Также вопросы конституционности исключительного права на товарный знак рассматривались в Определении Конституционного Суда РФ №171-О от 22.04.2004 г.

Между тем, в отношении указанных правовых позиций Конституционного Суда РФ необходимо учитывать следующее.

В 2008 году Закон РФ от 23.09.1992 г. № 3520-I "О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров", толкование которого было дано в указанных определениях Конституционного Суда РФ, утратил силу.

Сложившаяся устойчивая практика привлечения импортеров к административной ответственности по статье 14.10 КоАП РФ (незаконное использование чужого товарного знака, знака обслуживания, наименования места происхождения товара) за ввоз оригинальных товаров, была признана незаконной Постановлением Президиума ВАС РФ от 03.02.2009 №10458/08 по т.н. делу «Порше Кайенна».

При этом никаких законодательных изменений собственно статьи 14.10 КоАП РФ не произошло – эта бланкетная норма осталась в том же виде. Изменились как раз отсылочные нормы гражданского законодательства, регулирующие объем исключительного права на товарный знак и наименование места происхождения товара, а также ответственность за их нарушение, что и послужило основанием для Президиума ВАС РФ полностью изменить свою правовую позицию по данному вопросу.

Вступившая в силу с 1 января 2008 года часть четвертая ГК РФ прямо и недвусмысленно установила, что такие средства индивидуализации, как товарный знак и наименование места происхождения товаров могут быть использованы именно путем размещения их в отношении товаров на открытом перечне объектов – на самих товарах, этикетках, упаковках товаров, бланках, счетах, иной документации и в печатных изданиях, в предложениях о продаже товаров, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе, в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации (п.2 статьи 1484 и п.2 статьи 1519 ГК РФ).

Именно за незаконное размещение установлена и ответственность за нарушение исключительных прав на данные средства индивидуализации (статьи 1515 и 1537 ГК РФ).

В соответствии со п.2 ст. 1484 ГК РФ одним из способов использования товарного знака признается не ввоз товаров, маркированных товарными знаками, на территорию РФ, а размещение товарного знака на товаре, который впоследствии ввозится на территорию РФ.

Согласно указанной норме использованием товарного знака является именно индивидуализация товаров, а не сам по себе их ввоз, который не является индивидуализацией. Таким образом, ввоз является элементом сложного юридического состава, определяющего объем исключительного права на товарный знак, и может являться нарушением только в случае имевшей место незаконной индивидуализации товаров, которые ввозятся на территорию РФ.

Вся совокупность применимого права, начиная со статьи 14.10 КоАП РФ, для которой отсылочными являются именно специальные нормы статей 1484 и 1515 ГК РФ, в полном соответствии со ст. 9 и 10 Парижской конвенции о промышленной собственности, примечанием №14 к статье 51 «Приостановление выпуска товаров в обращение таможенными органами» Раздела 4 «Особые требования в отношении пограничных мер» Соглашения ТРИПС1 (выражение "товары с неправомерно используемым товарным знаком" означает любые товары, включая их упаковку, маркированные без разрешения товарным знаком...) и, наконец, статьей 1484 ГК РФ определяют единственным основанием для ответственности за незаконное использование товарного знака его незаконное размещение.

При этом право на товарный знак ограничено не только статьей 1487 ГК РФ, но и также целями индивидуализации, а согласно статье 1229 ГК РФ такое право может быть использовано любым, не противоречащим закону способом.

Тем самым пунктом 1 статьи 1229 Гражданского Кодекса РФ с учетом положений п.5 статьи 1229 и статьи 1231 установлено, что использование исключительного права на товарный знак (а также распоряжение им и его защита в порядке статей 1233 и 1250 ГК РФ) не должно противоречить всей правовой системе Российской Федерации, определенной в статье 15 Конституции РФ, а не только Гражданскому Кодексу РФ.

В частности, к правовой системе Российской Федерации относится антимонопольное законодательство, применимость которого к отношениям, связанным с осуществлением гражданского права на товарный знак, совершенно определенно следует из позиций ВАС РФ и КС РФ.

Так ВАС РФ в своем Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2008 № 30 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением арбитражными судами антимонопольного законодательства» прямо указал, что арбитражные суды должны иметь в виду: требования антимонопольного законодательства применяются к гражданско-правовым отношениям, в частности, статья 1 ГК РФ, которой установлен запрет на ограничение гражданских прав и свободы перемещения товаров и статья 10 ГК РФ, запрещающая использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции и злоупотребление доминирующим положением на рынке. Для лиц вне зависимости от того, занимают они доминирующее положение или нет, установлены запреты на ограничивающие конкуренцию соглашения или согласованные действия (статья 11 Закона) и на недобросовестную конкуренцию (статья 14 Закона).

В своем Определении от 1 апреля 2008 г. N 450-О-О Конституционный Суд РФ установил:
«…Положения статьи 10.bis Парижской конвенции по охране промышленной собственности восприняты антимонопольным законодательством Российской Федерации и в части, касающейся запрета на недобросовестную конкуренцию (… статья 14 Федерального закона "О защите конкуренции").
При этом из части 1 статьи 2 Федерального закона "О защите конкуренции" вытекает взаимосвязь условий применения соответствующих норм данного Федерального закона и определенных статьей 10 ГК Российской Федерации правовых последствий "злоупотребления правом" и "использования гражданских прав в целях ограничения конкуренции", что позволяет суду в каждом конкретном случае с помощью понятийного аппарата антимонопольного законодательства (статья 4 Федерального закона "О защите конкуренции") обосновывать отказ в защите того или иного субъективного права в соответствии с пунктом 2 статьи 10 ГК Российской Федерации на основе исследования конкурентной тактики правообладателя….»
Применимое международное право.

Отсутствие каких-либо обременений или претензий третьих лиц в отношении товаров, уже находящихся в обороте на товарных рынках РФ и иных государств, помимо статьи 460 ГК РФ также подтверждается применимостью к данной международной сделке Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров (Вена, 11 апреля 1980г.), согласно которой любой продавец, включая правообладателя и его официальных торговых посредников, должен поставить товар свободным от претензий или обременений.

Конституцией Российской Федерации гарантируются свобода экономической деятельности, право каждого иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами, а также признание и защита собственности, ее охрана законом (статьи 8 и 35, части 1 и 2).

Названные права, как следует из статей 1, 2, 15 (часть 4), 17 (части 1 и 2), 19 (части 1 и 2), 45 (часть 1) и 46 Конституции Российской Федерации, гарантируются в качестве основных и неотчуждаемых прав и свобод, и реализуются на основе общеправовых принципов юридического равенства, неприкосновенности собственности и свободы договора, предполагающих равенство, автономию воли и имущественную самостоятельность участников гражданско-правовых отношений, недопустимость произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимость беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты, которые провозглашаются и в числе основных начал гражданского законодательства (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 1 апреля 2003 года по делу о проверке конституционности положения пункта 2 статьи 7 Федерального закона «Об аудиторской деятельности»).

На оригинальный товар, в отношении которого исключительное право на товарный знак уже было реализовано самим правообладателем или с его согласия (т.е. право на размещение товарного знака в целях индивидуализации с последующим отчуждением индивидуализированного товара) возникает полноценное и ничем не обремененное абсолютное право собственности, которое не может быть умалено относительно исключительного права на товарный знак лишь по причине желания правообладателя придать этой сделке задним числом статус сделки под условием невысказанного запрета (ст. 157 ГК РФ) на свободу перемещение такого товара на территорию Российской Федерации в целях ограничения конкуренции.

В соответствии с общеизвестным юридическим пониманием гражданского оборота, как совокупности сделок (т.е. действий, изменяющих или устанавливающих права субъектов в отношении объектов прав и обязанности субъектов в отношении друг друга), и статьями 128, 129, 1250, 1252 и 1515 ГК РФ контрафактные товары являются изъятыми из гражданского оборота, и, в соответствии со статьей 168 ГК РФ, все сделки с такими товарами являются ничтожными.

В частности это означает, что на контрафактные товары право собственности возникнуть не может по причине изначального порока сделки вследствие их незаконной индивидуализации.

  • В противоположность этому, при совершении сделок с оригинальными товарами, индивидуализированными самим правообладателем или с его согласия (т.е. в результате законного осуществления исключительного права на товарный знак), изначального порока сделки нет, и на такие товары возникает право собственности, охраняемое законом, в том числе тогда, когда такие товары приобретает за рубежом субъект российского права.

При этом в соответствии со статьями 1252 и 1515 ГК РФ контрафактность является понятием юридическим, и подлежит установлению судом. Следовательно, до вступления в законную силу соответствующего решения суда действует презумпция разумности действий и добросовестности участников гражданских правоотношений (п.3 статьи 10 ГК РФ).

Вступая в сделки в отношении товара, уже находящегося в гражданском обороте на вторичном товарном рынке, участники гражданских правоотношений исходят из указанной презумпции и презумпции исчерпания прав в отношении таких товаров в силу статьи 460 ГК РФ, а также презумпции добросовестности приобретателя в силу статьи 10 ГК РФ, которая не исключает изъятия и уничтожения контрафактных товаров по решению суда, однако в отсутствие вины не допускает применения мер ответственности, в том числе в виде компенсации (п.23 Постановления Пленумов ВАС РФ и ВС РФ №5/29 от 26 марта 2009 года).

О важности предоставления защиты законным правам и интересам не только титульных правообладателей, но и иных участников гражданского оборота, Конституционный Суд высказывался в Постановлении от 21 апреля 2003 г. N 6-П:

«Конституционные принципы свободы экономической деятельности и свободного перемещения товаров, услуг и финансовых средств предполагают наличие надлежащих гарантий стабильности, предсказуемости и надежности гражданского оборота, которые не противоречили бы индивидуальным, коллективным и публичным правам и законным интересам его участников. Поэтому, осуществляя в соответствии со статьями 71 (пункты в и о) и 76 Конституции Российской Федерации регулирование оснований возникновения и прекращения права собственности и других вещных прав, договорных и иных обязательств, оснований и последствий недействительности сделок, федеральный законодатель должен предусматривать такие способы и механизмы реализации имущественных прав, которые обеспечивали бы защиту не только собственникам, но и добросовестным приобретателям как участникам гражданского оборота.

В противном случае для широкого круга добросовестных приобретателей, проявляющих при заключении сделки добрую волю, разумную осмотрительность и осторожность, будет существовать риск неправомерной утраты имущества, которое может быть истребовано у них в порядке реституции. Подобная незащищенность вступает в противоречие с конституционными принципами свободы экономической деятельности и свободы договоров, дестабилизирует гражданский оборот, подрывает доверие его участников друг к другу, что несовместимо с основами конституционного строя Российской Федерации как правового государства, в котором человек, его права и свободы являются высшей ценностью, а их признание, соблюдение и защита - обязанность государства.»

В соответствии с п.2 статьи 1515 ГК РФ

«В тех случаях, когда введение таких товаров в оборот необходимо в общественных интересах, правообладатель вправе требовать удаления за счет нарушителя с контрафактных товаров, этикеток, упаковок товаров незаконно используемого товарного знака или сходного с ним до степени смешения обозначения».

Удаление знака правообладатель может требовать только с контрафактных товаров, которые в соответствии с п.1 статьи 1515 ГК РФ определены, как товары с незаконным размещением товарного знака.

Наличие установленной законом презумпции приоритета общественного (публичного) интереса над правом на товарный знак в вопросе законности введения в гражданский оборот на территории РФ даже в отношении контрафактных товаров, не позволяет отказать по аналогии права в наличии этой презумпции в отношении оригинальных товаров, индивидуализированных самим правообладателем или с его согласия.

При этом, исходя из нормы п.2 статьи 1515 ГК РФ при наличии общественного интереса в отношении таких товаров требования правообладателя о применении мер пресечения (т.е. запретов на введение в гражданский оборот, т.е., в частности, предложения к продаже), не говоря уже о мерах ответственности по выплате компенсации не подлежат удовлетворению.

Таким образом, суды, применяя статью 1515 ГК РФ, должны принимать решение, какие общественные интересы имеют приоритет перед исключительным правом на товарный знак, при рассмотрении исковых требований о признании введения в гражданский оборот, ввоза на территорию РФ и т.п. незаконным и требований применения мер пресечения и ответственности.

В соответствии с п.1 статьи 44 Конституции РФ интеллектуальная собственность охраняется законом. Таким законом является Гражданский Кодекс РФ. Следовательно, преодолеть охрану, установленную Гражданским Кодексом РФ, могут только правовые акты, определяющие общественные интересы, с большей юридической силой.

В соответствии с Основами Конституционного строя РФ, п.1 статьи 15 Конституция Российской Федерации имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории Российской Федерации. Законы и иные правовые акты, принимаемые в Российской Федерации, не должны противоречить Конституции Российской Федерации. Согласно п.4 статьи 15 Конституции РФ общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора.

Таким образом, к общественным интересам, презумпция приоритета которых над установленной законом охраной товарного знака определена пунктом 2 статьи 1515 ГК РФ, могут относиться только те общественные интересы, которые закреплены в актах высшей юридической силы - Конституции РФ и международных договорах Российской Федерации.

К таким общественным интересам, в частности, относятся:

  • создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека (п.1 статьи 7 Основ Конституционного строя Конституции РФ);

  • свободное перемещение товаров, поддержка конкуренции, свобода экономической деятельности в Российской Федерации (статья 8 Основ Конституционного строя Конституции РФ), как средство обеспечения целей государственной политики Российской Федерации, как социального государства (п.1. статьи 7 Конституции РФ);

  • недопущение экономической деятельности, направленной на монополизацию и недобросовестную конкуренцию (п.2 статьи 34 Конституции РФ);

  • возможность ограничения свободы перемещения товаров только федеральным законом и только в целях, установленных по закрытому перечню оснований - для обеспечения безопасности, защиты жизни и здоровья людей, охраны природы и культурных ценностей (п.2 статьи 74 Конституции РФ). Следует обратить внимание, что в отличии от иных прав и свобод, ограничение которых допускается в соответствии со статьей 55 Конституции РФ для защиты прав и законных интересов иных лиц, свобода перемещение товаров по таким основаниям ограничена быть не может;

При этом существо конкуренции и рыночных отношений, как универсального механизма создания справедливого баланса интересов участников гражданского оборота под контролем государства исходя из смысла действующего конституционного, гражданского и антимонопольного законодательства, заключается в следующих базовых принципах:

-никто не имеет права на неприкосновенность своего положения на рынке. Само по себе нынешнее или потенциальное положение хозяйствующего субъекта на рынке, его право на тот или иной рынок, не могут быть предметом защиты.

-круг потребителей или территория деятельности того или иного хозяйствующего субъекта не относится к категории прав, охраняемых законом.

-использование спроса, вызванного деятельностью хозяйствующего субъекта, другими субъектами, в том числе в виде совершения ими конкурентных действий (включая причинение убытков в виде упущенной выгоды) не является противоправным и поддерживается государством на благо всего общества в целях регулирования спроса и предложения на рынке и установления справедливой цены в целях защиты прав потребителя.

В Постановлении от 30 октября 2003 года N 15-П Конституционный Суд Российской Федерации пришел к выводу, что публичные интересы, перечисленные в статье 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, могут оправдать правовые ограничения прав и свобод, только если такие ограничения отвечают требованиям справедливости, являются адекватными, пропорциональными, соразмерными и необходимыми для защиты конституционно значимых ценностей, в том числе прав и законных интересов других лиц, не имеют обратной силы и не затрагивают само существо конституционного права, т.е. не ограничивают пределы и применение основного содержания соответствующих конституционных норм; при допустимости ограничения права в соответствии с конституционно одобряемыми целями государство должно использовать не чрезмерные, а только необходимые и строго обусловленные этими целями меры.

Также в этой связи следует учитывать международные договоры Российской Федерации, в частности:

  • Статью 1 Протокола N 1 (в редакции Протокола N 11) к «Конвенции о защите прав человека и основных свобод» от 04.11.50 года, ратифицированную Федеральным законом от 30 марта 1998 года №54-ФЗ, вступившую в силу с 5 мая 1998 года.

Данная Конвенция устанавливает право каждого физического и юридического лица на уважение принадлежащей ему собственности и ее защиту (и вытекающую из этого свободу пользования имуществом).

В частности, статья 1 Протокола № 1 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод гласит: «Каждое физическое или юридическое лицо имеет право беспрепятственно пользоваться своим имуществом. Никто не может быть лишен своего имущества, иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права».

При этом следует учитывать, что согласно нормам Конвенции не умаляется право государства обеспечивать выполнение таких законов, какие ему представляются необходимыми, для осуществления контроля за использованием собственности в соответствии с общими интересами.

Следует учесть, что интересы правообладателя на товарный знак не являются общими в связи с тем, что исключительное право на товарный знак является частным гражданским, а не публичным, правом.

  • Конвенция о договорах международной купли-продажи товаров (Вена, 11 апреля 1980г.), СССР присоединился к Конвенции 23.05.90г., вступила в силу 01.09.90г. В соответствии с письмом Высшего Арбитражного Суда РФ от 16 августа 1995 г. N ОМ-230 включена в перечень действующих международных договоров, в исполнении которых принимают участие арбитражные суды Российской Федерации

Устанавливает в статье 42, что отношения сторон по договору купли-продажи подразумевают обязанность продавца (в том числе правообладателя) поставить товар свободным от любых прав или притязаний третьих лиц, которые основаны на промышленной собственности или другой интеллектуальной собственности, что в совокупности с Статьей 7(1) Директивы ЕС № 89/104 о гармонизации национальных законодательств о товарных знаках, в отношении исчерпания прав ведет к окончательному и безусловному прекращению любых прав в отношении товаров, маркированных товарным знаком, право собственности на которые было отчуждено в Европейском Союзе.

  • Парижская конвенция по охране промышленной собственности от 20 марта 1883 года.

Статья 2.

1.В отношении охраны промышленной собственности граждане каждой страны Союза пользуются во всех других странах Союза теми же преимуществами, которые предоставляются в настоящее время или будут предоставлены впоследствии соответствующими законами собственным гражданам, не ущемляя при этом прав, специально предусмотренных настоящей Конвенцией. Исходя из этого, их права будут охраняться так же, как и права граждан данной страны, и они будут пользоваться теми же законными средствами защиты от всякого посягательства на их права, если при этом соблюдены условия и формальности, предписываемые собственным гражданам.

3.Безусловно, сохраняются положения законодательства каждой из стран Союза, относящиеся к судебной и административной процедуре и к компетенции судебных и административных органов, а также к выбору местожительства или к назначению поверенного, соблюдение которых требуется на основании законов о промышленной собственности.

Статья 10-bis

подлежат запрету:

1.все действия, способные каким бы то ни было способом вызвать смешение в отношении предприятия, продуктов или промышленной или торговой деятельности конкурента;

2.ложные утверждения при осуществлении коммерческой деятельности, способные дискредитировать предприятие, продукты или промышленную или торговую деятельность конкурента;

3.указания или утверждения, использование которых при осуществлении коммерческой деятельности может ввести общественность в заблуждение относительно характера, способа изготовления, свойств, пригодности к применению или количества товаров.

Статья 9

1.На любой продукт, незаконно снабженный товарным знаком или фирменным наименованием, налагается арест при ввозе в те страны Союза, в которых этот знак или фирменное наименование имеют право на законную охрану.

5.Если законодательство страны не допускает наложения ареста при ввозе, арест заменяется запрещением ввоза или арестом внутри страны.

Статья 10

1.Положения предшествующей статьи применяются в случае прямого или косвенного использования ложных указаний о происхождении продуктов или подлинности личности изготовителя, промышленника или торговца.

  • «Соглашение о партнерстве и сотрудничестве, учреждающее партнерство между Российской Федерацией, с одной стороны, и Европейскими сообществами и их государствами – членами, с другой стороны», заключенное в Корфу, 24 июня 1994 года, ратифицированное Федеральным законом Российской Федерации от 25.11.96 № 135-ФЗ и вступившее в силу с 01.12.97г.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   14

Похожие:

Анализ российского и зарубежного законодательство и практики регулирования в сфере исчерпания прав iconНовеллы российского законодательства 2013 год
Внесены изменения в законодательство, совершенствующие механизмы защиты прав участников долевого строительства

Анализ российского и зарубежного законодательство и практики регулирования в сфере исчерпания прав iconОтчет по практике вид практики
Наименование практики пм. 01. Обеспечение реализации прав граждан в сфере пенсионного обеспечения и социальной защиты

Анализ российского и зарубежного законодательство и практики регулирования в сфере исчерпания прав iconВолгоградской области памятка для специалистов в сфере защиты прав потребителей и граждан
Основы регулирования защиты прав потребителей при продаже технически сложного товара бытового назначения

Анализ российского и зарубежного законодательство и практики регулирования в сфере исчерпания прав iconНекоторые размышления по поводу зарубежного и российского опыта совершенствования...

Анализ российского и зарубежного законодательство и практики регулирования в сфере исчерпания прав iconКомпания оказывает услуги по введению в обращение медицинских изделий...

Анализ российского и зарубежного законодательство и практики регулирования в сфере исчерпания прав iconФедеральная служба по надзору в сфере здравоохранения и социального...
База данных о регистрации изделий медицинского назначения зарубежного производителя с 01. 01. 08 по 31. 12. 09

Анализ российского и зарубежного законодательство и практики регулирования в сфере исчерпания прав iconО результатах обобщения практики рассмотрения дел, связанных с применением...
Изучение практики по рассмотрению гражданских дел по спорам, связанным с применением законодательства, устанавливающего особенности...

Анализ российского и зарубежного законодательство и практики регулирования в сфере исчерпания прав iconУчебно-методический комплекс международное экологическое право направление...
Цель курса международного экологического права служить юридическим инструментом регулирования человеческого поведения через установление...

Анализ российского и зарубежного законодательство и практики регулирования в сфере исчерпания прав iconОбобщени е практики рассмотрения судами Псковской области гражданских...
В целях подготовки к проведению научно-практической конференции по актуальным проблемам судебной практики по трудовым и социальным...

Анализ российского и зарубежного законодательство и практики регулирования в сфере исчерпания прав iconВ рамках проведения месячника защиты прав потребителей, в целях обеспечения...
Законом РФ «О защите прав потребителей» полной и достоверной информации о продавце и товаре территориальный отдел Управления Федеральной...

Анализ российского и зарубежного законодательство и практики регулирования в сфере исчерпания прав iconФедерального законодательства органами государственной
Анализ состояния законности при реализации органами местного самоуправления возложенных на них функций и изучение практики прокурорского...

Анализ российского и зарубежного законодательство и практики регулирования в сфере исчерпания прав iconФедеральная служба по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека
Управление Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека

Анализ российского и зарубежного законодательство и практики регулирования в сфере исчерпания прав iconФедеральная служба по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека
Управление Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека

Анализ российского и зарубежного законодательство и практики регулирования в сфере исчерпания прав iconФ едеральная служба по надзору в сфере защиты прав потребителей и...
Федеральная служба по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека

Анализ российского и зарубежного законодательство и практики регулирования в сфере исчерпания прав iconРешение от 21 декабря 2016 г по делу №2-399/2016
Суть спора: Отношения, связанные с защитой прав потребителей о защите прав потребителей из договоров в сфере коммунальных услуг

Анализ российского и зарубежного законодательство и практики регулирования в сфере исчерпания прав iconОбзор судебной практики по спорам о защите прав потребителей при...
В соответствии с планом работы Саратовского областного суда на второе полугодие 2013 года судебной коллегией по гражданским делам...


Руководство, инструкция по применению








Заказать интернет-магазин под ключ!

При копировании материала укажите ссылку © 2018
контакты
rykovodstvo.ru
Поиск