Г. И. Ханин советское экономическое чудо 40-50-х годов




НазваниеГ. И. Ханин советское экономическое чудо 40-50-х годов
страница1/9
ТипДокументы
rykovodstvo.ru > Руководство эксплуатация > Документы
  1   2   3   4   5   6   7   8   9

Г. И. Ханин


СОВЕТСКОЕ ЭКОНОМИЧЕСКОЕ ЧУДО 40-50-Х ГОДОВ:
МИФ ИЛИ РЕАЛЬНОСТЬ?


Глава 3. Пятая пятилетка: экзамен на зрелость, наконец, сдан

3.1. Анализ плана пятой пятилетки

На развитие советской экономики в пятую пятилетку оказывали влияние как позитивные, так и негативные объективные экономические факторы. К позитивным следует отнести, прежде всего, качественно выросший уровень квалификации рабочих, инженерно-технических и руководящих хозяйственных кадров (хотя в отношении последних наблюдались и факторы ухудшения). Созданная в предыдущий период индустриальная, строительная и научно-техническая база позволяла быстро наращивать объем достаточно технически совершенных для своего времени производственных фондов. Методы централизованного планирования и хозяйственного руководства в результате уже описанных выше изменений значительно усовершенствовались и позволяли обеспечить повышение эффективности использования ресурсов. С другой стороны, происходили и негативные изменения. Прежде всего, качественно ухудшились международная обстановка в результате начала корейской войны, превратившись, в сущности, в предвоенную. Опасность начала новой мировой войны стала реальностью. Известно, что в это время в США были очень популярны планы превентивной войны против СССР, опираясь на безусловное превосходство США в то время в ядерном оружии и средствах его доставки. Опасность новой мировой войны заставила СССР на порядок нарастить военные расходы, увеличив примерно в 2 раза численность вооруженных сил, сравнявшуюся с предвоенным уровнем 1941 года, и организовать массовое производство ядерного оружия, ракетной и реактивной техники, обычного оружия для вооружения своей армии, армий восточноевропейских стран, Китая и воюющей Кореи. Ресурсы советской экономики стали в намного большей доле использоваться для военных целей, что, конечно, сильно осложняло экономическое развитие и особенно дальнейшее повышение уровня жизни населения. Одновременно, все большие перебои стала давать система государственного руководства - вначале из-за резкого снижения государственной активности Сталина, а после его смерти из-за борьбы за власть в послесталинском руководстве и значительных изменений в структуре органов хозяйственного руководства, ослаблявших его эффективность.

Начну с влияния повышения квалификационного состава хозяйственных кадров. Именно в период пятой пятилетки в полной мере сказались те огромные усилия, которые предпринимались за последние 20-25 лет по количественному, а начиная с середины 30-х годов и по качественному совершенствованию образовательного и профессионального уровня населения. Обобщающим показателем этих усилий явилась доля расходов на образование в национальном доходе. Уже в 1950 году она почти достигла 8% (1). Эта доля была в два раза больше доли расходов на образование в США в тот период (2). В результате этих усилий число лиц, имеющих образование, особенно среднее, среднетехническое и высшее выросло на порядок за период после 1928 года. Наиболее концентрированное выражение этих усилий выразилось в том, что уже в 1940 году число дипломированных инженеров в СССР превзошло уровень США и это опережение сохранялось в 50-60-е годы. А ведь еще в конце 20–х годов инженеров хронически не хватало. К этому количественному росту добавился качественный рост. С середины 30-х годов требования к подготовке специалистов резко возросли. И если подготовленных в 30-е годы специалистов в подавляющем большинстве можно было считать полуспециалистами, то выпускаемые в послевоенный период, а они и стали преобладать среди хозяйственных руководителей именно в 50-е годы, уже были полноценными специалистами, зачастую не уступавшими по уровню общей инженерной и специальной подготовке уровню американских и западноевропейских. И если еще в период четвертой пятилетки практики преобладали среди инже­нерно-технических работников непосредственно на производстве, то с начала 50-х годов положение коренным образом изменилось. Таким образом, если во второй половине 30-х годов высококвалифицированные и талантливые руководители стали преобладать на самом верхнем уровне хозяйственного руководства, а на среднем уровне преобладали плохо образованные практики, то с начала 50-х годов дипломированные и хорошо обученные специалисты стали преобладать и на среднем, и даже на нижнем уровне (мастера). Одновременно качественно вырос уровень подготовки рабочих кадров (3). Качественное улучшение состава кадров в народном хозяйстве (за исключением сельского хозяйства, где положение было хуже) явилось, на мой взгляд, главной причиной огромных успехов советской экономики в пятой пятилетке.

Утвержденные на XIX съезде партии директивы по пятому пятилетнему плану были сориентированы на решающую роль интенсивных факторов в развитии советской экономики. Это выражалось в том, что основной прирост продукции во всех отраслях народного хозяйства предполагалось получить за счет производительности труда. В абсолютном выражении предполагалось обеспечить ежегодный прирост производительности труда в основных отраслях производственной сферы примерно на 8-10%, что являлось огромной величиной. Такой прирост обеспечивался за счет роста фондовооруженности (предполагалось значительно увеличить производственные капиталовложения) и лучшего использования имеющихся производственных фондов. Большое значение придавалось такому интенсивному фактору как реконструкция промышленных предприятий. Концентрированное выражение «курс на интенсификацию экономики» нашел в заданиях по снижению себестоимости промышленной, строительной и сельскохозяйственной продукции примерно на 4% ежегодно, что с учетом уже достигнутого значительного снижения себестоимости продукции в последние годы четвертой пятилетки следует считать достаточно напряженным заданием, предполагающим существенное повышение эффективности использования всех видов ресурсов. Другим очень важным проявлением курса на интенсификацию экономики явилось намеченное небывалое ранее (кроме второй пятилетки) сближение роста продукции группы "А" и группы "Б", а также рост розничного товарооборота государственной и кооперативной торговли в размере, превышающем намеченный рост национального дохода (соответственно 70 и 60 процентов) и значительное увеличение жилищного строительства. Намерение осуществить столь значительный рост уровня жизни населения тем более примечательно, что этот пятилетний план составлялся в условиях резкого обострения международной напряженности, и было бы естественно ожидать резкого сокращения заданий по уровню жизни населения, если не полного прекращения роста этого уровня. То обстоятельство, что это не предусматривалось, (и не осуществлялось), говорит о больших возможностях советской экономики в то время - одновременно наращивать производственные возможности экономики, военные расходы и уровень жизни населения, в основном, правда, городского.

Особого внимания заслуживает обоснованность намеченных в пя­тилетке заданий по сельскому хозяйству. Вследствие неудач в развитии сельского хозяйства в первые годы пятой пятилетке в экономической литературе часто делают вывод об ошибочности принятой при разработке пятилетнего плана стратегии развития сельского хозяйства. Иной точки зрения придерживался такой квалифицированный советский экономист, как Д. Шепилов. В вы­шедших посмертно мемуарах он пишет: "В ряде важнейших решений и начатых крупных мероприятий партия и ее Центральный Комитет приняли целостную генеральную программу дальнейшего мощного подъема сельского хозяйства. Ее важнейшими составными частями были:

  • Комплексная механизация и электрификация сельского хозяйства на основе мощного развития тракторостроения и сельскохозяйственного машиностроения, а также грандиозного плана строительства гидро- и тепловых электростанций.

  • Орошение и обводнение обширных территорий путем использования дешевой гидроэнергии каскада строящихся гидростанций на основных реках, а также путем строительства каналов и оросительных систем.

  • Соз­дание грандиозных полезащитных полос и другие мероприятия по борьбе с засухой.

  • Перевод всего земледелия и животноводства на научную базу современной агротехники и зоотехники: повсе­местное внедрение правильных севооборотов, селекция и семено­водство, породное районирование скота и т. д.

Главную идею этой разносторонней генеральной программы, ее, так сказать, философию можно было бы определить одним терми­ном: интенсификация сельского хозяйства. Не идти по пути рас­ширения посевных площадей, а вести курс на неуклонное повыше­ние урожайности полей и продуктивности животноводства" (4).

Шепилову легко возразить: почему же эта замечательная прог­рамма не привела к подъему сельского хозяйства в начале пятой пятилетки. Это возражение только частично обоснованно. Уже после разработки этой программы произошли события, которые серьезно помешали ее осуществлению. Я имею в виду корейскую войну и вызванный ею значительный рост военных расходов в СССР, и пересмотр всех народнохозяйственных пропорций. Вместе с тем, достаточно очевидно, что на развитии сельского хозяйс­тва крайне негативно сказывались слабая материальная заинте­ресованность работников сельского хозяйства в развитии об­щественного хозяйства, ограничения на развитие личного под­собного хозяйства (хотя и эти препятствия частично были свя­заны с уровнем военных расходов). Вместе с тем, в настоящее время в печати все чаще с сожалением отмечаются ошибочность прекращения усилий по развитию полезащитных лесонасаждений после смерти Сталина. Многие намеченные проекты должны были дать результат на рубеже пятой и шестой пятилеток. По-видимому, в намеченной программе было сочетание многих обоснованных сторон, от которых потом при Хрущеве ошибочно отказались, и упущений. Взятый же курс на интенсификацию сельского хозяйс­тва был, конечно, правильным и шел в русле остальных меропри­ятий, проводившихся в этом направлении во всех отраслях эко­номики.

Реальность плана пятой пятилетки может быть оценена по сопос­тавлению намеченного роста основных фондов и национального дохода. Правда, в самом плане заданий по росту основных фон­дов не было, как не опубликованы и данные об объеме основных фондов в начале пятилетки. Но эти показатели могут быть при­мерно рассчитаны, исходя из других показателей. Так, показа­тель объема основных фондов в СССР может быть исчислен, исхо­дя из объема основных фондов на 1 января 1968г. и роста ос­новных фондов за 1950-1967гг. (соответственно 594 млрд. рублей и 4,3 раза). Хотя индекс роста основных фондов исчис­лен в сопоставимых, а не текущих ценах, учитывая малый рост цен на инвестиционные товары в 50-е годы и отсутствие переоцен­ки основных фондов по восстановительной стоимости, такой рас­чет может дать примерное представление об объеме основных фондов по балансовой стоимости в 1950 г., который оказывается равным 138,4 млрд. руб., деноминированных после 1 января 1961 года. Абсолютные данные по объему капиталовложений в плане также не приводились, однако, намечалось увеличение го­сударственных капиталовложений по сравнению с 4-ой пятилеткой на 90% (5). Предполагая такой же объем всех капиталовложений и равенств ввода в действие основных фондов и капитальных вложений, и зная объем капиталовложений в четвертой пятилетке в размере 41,2 млрд. руб. получаем (без выбытия) объем основных фондов на конец пятилетки равным 216,7 млрд. рублей, а с учетом выбытия в размере 3% ежегодно на 20 миллиардов меньше, т. е. 196 млрд. рублей, с приростом фондов на 41,6%., т. е. значительно меньше предполагаемого роста национального до­хода. Разница должна была обеспечиваться за счет роста фондо­отдачи, что выглядело реальным, учитывая ее низкий уровень в начале периода, и вписывалось в курс на интенсификацию эконо­мики.

Однако, советское руководство, при составлении этого, как и других планов, пало жертвой собственной недостоверной статис­тики. Дело в том, что восстановительная стоимость основных фондов в СССР была намного больше балансовой вследствие серь­езной инфляции в сфере инвестиций в 30-40-е годы. Примерный ее размер для середины 50-х годов оценивался крупнейшим специалис­том в этой области Я. Б. Квашой в 1,5 раза. Если предположить (для чего есть основания), что такое же соотношение было в 1950 году, то восстановительная стоимость основных фондов составила 207,4 млрд. рублей, и тогда намечавшийся объем капиталовложений в размере 74 миллиардов рублей обеспечивал (с учетом выбытия основных фондов в размере 30 миллиардов руб­лей) прирост основных фондов всего лишь на 20%. С учетом это­го намечавшийся рост национального дохода выглядел совершенно нереальным. Приведенный расчет, однако, по-видимому, переоце­нивает размеры выбытия основных фондов вследствие износа. Взятые из норм амортизации основных фондов эти нормы, скорее всего, значительно переоценивают реальные размеры износа и нуждаются в серьезном уточнении. Я счел необходимым привести данный расчет для иллюстрации сложных проблем, возникающих при анализе реальности долгосрочных планов на основе макроэ­кономических показателей, даже весьма, как будто, надежных. Использование для оценки реальности пятого пятилетнего плана заданий по вводу производственных мощностей в промышленности дают лучшие результаты по обоснованности заданий пятой пяти­летки, чем указанный выше расчет, но тоже очень напряженный, т. к. предусматривалось очень значительное улучшение исполь­зования производственных мощностей.

Возникает и вопрос о реальности намеченного огромного роста капитальных вложений. Очевидно, что он требовал радикального технического переоснащения строительства, которое к началу пятой пятилетки было еще царством ручного труда. Об этой проблеме в самих директивах нет ни слова. Однако, практически именно это и произошло. Механовооруженность труда в строи­тельстве в пятой пятилетке выросла по официальным, мало иска­женным в данный период данным, в 2 раза (6), что и заложило материальные основы для значительного роста производительнос­ти труда в строительстве в этой пятилетке.

Для обеспечения намеченного роста капитальных вложений требо­вался также и огромный рост продукции инвестиционного маши­ностроения. В пятилетнем плане намечался огромный рост про­дукции машиностроения - в 2 раза, без разбивки, естественно, по отдельным видам машиностроения, которое включало также и военную продукцию, и потребительские товары долговременного пользования, последнее, впрочем, тогда в незначительном объ­еме. Однако, задания по выпуску отдельных видов продукции ма­шиностроения позволяют сделать вывод, что примерно в таком же объеме планировался и рост инвестиционного машиностроения, за исключением сельскохозяйственного и автомобилестроения, рост которого планировался в размере лишь 20%. Встает, однако, тот же вопрос о реальности намеченного плана. Ведь он предусмат­ривал ежегодный рост продукции машиностроения почти на 20% и немногим меньший рост производительности труда, чего никогда раннее в машиностроении не было. К тому же, в отличие от строительства, здесь не шла речь о замене преимущественно ручного труда на механизированный, а о замене одного уровня механизации на другой, за исключением вспомогательных и пог­рузочно-разгрузочных работ, в которых, правда, была занята значительная часть работающих, чуть ли не половина.

В тексте директив по составлению пятого пятилетнего плана ни­какого, даже качественного обоснования таких огромных заданий не приводилось. Неясна была и реальность обеспечения этого роста производственными мощностями. Ведь речь шла либо об увеличении мощности в два раза, либо о качественном улучшении использовании существующих мощностей. В директивах отсутство­вали, видимо, впервые задания по производству металлорежущих станков и кузнечно-прессового оборудования, определяющих рост производственных мощностей в машиностроении. А ведь речь должна была идти чуть ли не об удвоении их парка за пятилетку. Ретроспективный анализ показывает, что и в этой пятилетке значительную роль в приросте парка металлорежущих станков иг­рали репарации, что кажется совершенно неожиданным, ибо пик изъятий репарационного оборудования пришелся на начало после­военного периода. Парк металлорежущего оборудования вырос за четыре года пятилетки с 1,2 до 1,7 млн. штук, т. е. на 500 тысяч штук, притом, что за этот период было произведено лишь 340 тысяч металлорежущих станков (7). К тому же, за этот период должно было выбыть, минимум, 200 тысяч этих станков. Следова­тельно, отечественный выпуск обеспечивал лишь половину требу­емого количества для прироста парка и возмещения выбытия. Со­вершенно неожиданно эта доля оказывалась такой же, как в годы четвертой пятилетки (8).

Роль внешней торговли в этом изменении парка была ничтожной, так как импорт станков был примерно равен экспорту. Очевидное объяснение состоит в том, что в четвертую пятилетку была ус­тановлена лишь половина, полученных по репарациям, металлорежу­щих станков, но тогда их объем выглядит совершенно фантасти­ческим: чуть ли не в размере 800 тысяч штук. Однако, и такой большой рост парка металлорежущих станков был недостаточен для прироста мощностей в два раза. Следовательно, имелось в виду значительное улучшение их использования.

Имелось в виду также столь же значительное снижение материа­лоемкости продукции машиностроения. Об этом говорит сравнение намеченного удвоения продукции машиностроения с намеченным ростом производства проката черных металлов, главным тогда конструкционным материалом в машиностроении, лишь на 64%. Судя по соотношению, рассчитанному мною с использованием аль­тернативной оценки динамики продукции машиностроения за шес­тую пятилетку (9), этот прирост не мог обеспечить намеченный рост продукции машиностроения и, следовательно, это задание было нереальным, что ставило под сомнение и реальность всего плана капитального строительства. Конечно, для окончательного вывода следует учесть намечаемое изменение структуры продук­ции машиностроения в пятой пятилетке, но вряд ли оно коренным образом отличалось от ее изменения в шестой пятилетке.

В целом, на основе приведенных данных можно считать, что план пятой пятилетки был более обоснованным, чем предыдущие пяти­летние планы, но все же недостаточно обоснованным, страдавшим традиционной, для советского планирования, переоценкой возмож­ностей советской экономики. Что касается структурных характе­ристик плана, то они намечались в правильном направлении.

3.2. Выполнение плана пятой пятилетки

Если судить по данным о вводе в действие производственных мощностей по ряду видов промышленной продукции за счет капи­тального строительства (10), так и случилось. По основным ка­питалоемким продуктам (черной металлургии, угольной промыш­ленности) прирост ввода в действие производственных мощностей по сравнению с четвертой пятилеткой оказался совершенно нез­начительным и только в электроэнергетике он превысил два раза. Тем не менее, планы по выпуску соответствующих видов продукции были выполнены и даже перевыполнены. Очевидно, что это обеспечивалось за счет значительного улучшения использо­вания действующих производственных мощностей (а также других источников их расширения помимо капитального строительства, например, модернизации оборудования). В качестве примера зна­чительного улучшения использования мощностей можно привести производство проката черных металлов, производство которого выросло на 14,4 млн.т при вводе в действие производственных мощностей только на 5,6 млн. т (по другим видам продукции черной металлургии улучшение было меньшим).

Тем не менее, рост производственных мощностей и основных фон­дов в пятой пятилетки был весьма значительным. Так, в промыш­ленности рост мощности электромоторов, который достаточно точно характеризует рост активной части основных производс­твенных фондов, составил 75% (11). При этом в ряде отраслей мощности электромоторов выросли более, чем в два раза (уголь­ная промышленность, нефтеперерабатывающая) (12). Следует, од­нако, иметь в виду, что в пятой пятилетке несколько выросла доля промышленности в капиталовложениях в народное хозяйство. Таким образом, достаточно тщательный анализ заданий пятой пя­тилетки по промышленности показывает, что они были достаточно реальными, возможно, самыми реальными с начала советского долгосрочного планирования. Это говорит о значительно вырос­шей квалификации плановых работников и высшего политического руководства в экономической области.

Крупнейшим достижением советской экономики, позволившим обеспечить огромный рост производительности труда в различных от­раслях экономики, прежде всего в промышленности, было очень быстрое развитие электроэнергетики. В этот период были введе­ны в действие строившиеся ускоренными темпами крупнейшие гид­роэлектростанции и ряд теплоэлектростанций. В результате, мощность электростанций выросла почти в два раза - с 19,6 млн. квт в 1950 г. до 37,2 млн. квт в 1955 г. Таким образом, за одну пятилетку были введены мощности, равные тем, которые были введены за все годы советской власти!

Для обеспечения выполнения заданий пятилетки по столь резкому сокращению материалоемкости продукции в 1952 году было приня­то постановление правительства о мероприятиях по снижению ве­са оборудования и машин (13). Оно констатировало излишний вес многих машин, выпускаемых промышленностью, и намечало много мер по линии конструирования машин и контроля за качеством технической документации, которые позволили бы снизить вес машин. Одновременно, в постановлении были даны задания по вы­пуску облегченных видов металлопроката и, что особенно инте­ресно, пластмасс, производство которых было в то время в СССР весьма незначительным. К этой проблеме снова вернулись уже в 1958 году. Почти одновременно с этим постановлением было при­нято постановление о мерах по борьбе с выпуском некачествен­ной и некомплектной продукции, и о мерах по дальнейшему улуч­шению качества промышленной продукции. В нем констатировалось неудовлетворительное положение качеством гражданской про­мышленной продукции практически во всех отраслях гражданской промышленности и предусматривался ряд, традиционных в советской экономике, мер по повышению качества продукции (усиление наказаний за низкое качество, повышение роли отделов техни­ческого контроля, стандартов и т. д.). Новым в этом постанов­лении по сравнению с предыдущими было значение, которое при­давалось усилению влияния потребителей на качестве, хотя фор­мы этого усиления были указаны весьма невразумительно.

Принято считать, что как раз в отношении качества принимавши­еся меры были наименее результативными. К сожалению, трудно представить обобщающий показатель динамики качества продук­ции: удовлетворительного обобщающего измерителя не было при­думано, да и вряд ли он был возможен. Поэтому приходится при­бегнуть к оценкам очевидцев. Приведу свидетельство академика А. Аганбегяна, в то время, когда он об этом говорил, ярого противника командной экономики, что делает его еще более цен­ным. "Вспомним, хотя бы пятидесятые годы. Да, наши вещи были не такими красивыми и не такими модными, как зарубежные, но зато любая из них была более долговечной. Неказистые отечест­венные радиоприемники работали десятилетиями. Наша автомашина "Победа" (сейчас увидишь на улицах - волнуешься), даже для своего времени, была не такой уж модной или быстроходной, но отличалась прочностью, надежностью. В середине пятидесятых годов, сразу после окончания института, я в ГУМе купил маме телевизор. Он проработал лет двадцать - и ничего в нем не ло­малось. А наши первые холодильники "Саратов" и "ЗИЛ"? Ведь раньше мы вообще не знали, что такое мастер по ремонту быто­вой техники. Мы их никогда не вызывали, потому что она не ло­малась (14)."

Обращает на себя внимание и поставленная в пятилетнем плане задача увеличения в 2 раза материальных и продовольственных резервов, что напоминает аналогичную задачу в третьей пяти­летке, накануне второй мировой войны. Эта задача характеризо­вала значительный упор в этой пятилетке на подготовку к воз­можной войне. Другими показателями в этом же направлении, но также и направленными на ускорение научно-технического прог­ресса были высокие задания по росту производства цветных ме­таллов (например, алюминия в 2,6 раза, свинца в 2,7 раза).

Другим важным фактором быстрого экономического роста явился огромный ввод в действие новых производственных мощностей и рост парка оборудования в важнейших отраслях экономики. В от­личие от предыдущего периода, когда значительным было восста­новление старых производственных мощностей, зачастую со ста­рым парком оборудования и старой технологией, в этот период огромные новые производственные мощности вводились, как прави­ло, на технически более совершенном оборудовании и по более совершенной технологии. Такой огромный ввод новых мощностей стал возможным благодаря значительному увеличению производс­твенных капиталовложений, осуществленному одновременно с ме­роприятиями по заметному повышению уровня жизни населения и укреплению обороноспособности страны.

Вследствие значительных и технически эффективных капиталовло­жений в этот период, как и в предыдущий, заметно выросла электровооруженность занятых в промышленности (преимущественно в интервале 20-40%). Особенно быстро росла электровоору­женность в тех отраслях, где уровень механизации был относи­тельно низок в предыдущий период: в угольной промышленности - на 65%, в лесной и деревообрабатывающей - на 89%.

Наряду с увеличением ввода производственных мощностей большую роль в ускорении темпов экономического развития в конце четвертой - начале пятой пятилеток сыграла деятельность Госплана СССР по улучшению использования производственных мощностей. Истинные размеры производственных мощностей скрывались предприятиями для получения более легкого плана. Созданная Госпланом СССР специальная инспекция по производственным мощностям проделала большую работу по выявлению их истинной величины в ряде от­раслей промышленности и на этой основе были установлены более высокие задания, которые приходилось выполнять на имею­щихся мощностях (15).

3.3. Вторая индустриализация начинается

Принципиально новым явлением, ставшим возможным благодаря ка­чественному улучшению состава кадров и методам управления производством стало резкое ускорение роста производительности труда и превращение этого фактора в основной фактор роста производства. Такое положение было ранее только во второй пя­тилетке, но тогда оно лишь компенсировало снижение производи­тельности труда в первой пятилетке. В период пятой пятилетки при высоких темпах роста производства примерно две трети при­роста обеспечивалось за счет роста производительности труда.
При этом, в этот период прирост производительности труда стал главным фактором роста производства практически во всех от­раслях экономики, включая сельское хозяйство, угольную и лес­ную промышленность, где в предыдущий период производитель­ность труда не росла. Таким огромным ростом производительнос­ти труда в этот период объясняется тот примечательный факт, что достаточно чувствительные мероприятия, как прекращение использования военнопленных и резкое сокращение использования заключенных в ряде отраслей экономики, осуществленные соот­ветственно в начале и конце пятилетки, не оказали существен­ного влияния на рост производства, хотя и тогда, и впоследс­твии использование труда заключенных рассматривалось многими экономистами, как чуть ли не важнейший фактор экономического развития СССР. Заметное влияние - сокращение использования тру­да заключенных, оказало, по-видимому, только на развитие золотодобывающей промышленности, но точные данные на этот счет от­сутствуют в моем распоряжении.

Результатом энергично проводимой механизации ручного труда явилось такое крупнейшее достижение, как строительство Вол­го-Донского канала в кратчайший срок (2,5 года вместо первона­чально намечавшихся 5 лет) с использованием 200 тысяч работ­ников вместо 500 тысяч по первоначальному плану (16). Благо­даря переходу выпуска судов на конвейер, с широкой специали­зацией и кооперированием удалось значительно снизить трудоем­кость их строительства и ускорить его сроки, в результате че­го в 1950 году судостроительная промышленность произвела су­дов в несколько раз больше, чем в 1941 году (17).

Эти мероприятия связаны с деятельностью В. А. Малышева, одно­го из самых талантливых советских хозяйственников этого пери­ода. Он сыграл огромную роль в создании очень мощной танковой промышленности в годы войны, а после войны, возглавив Госко­митет по науке и технике, вынашивал планы по полному техни­ческому перевооружению и организационной перестройке советс­кой экономики. В то время она носила с точки зрения техники и организации весьма разношерстный характер. В ней сочетались предприятия дореволюционные, построенные в 30-е годы, но расс­читанные на натуральное хозяйство, самообеспечение, и столь же, в сущности, организованные хозяйства военного времени. Судя по отдельным высказываниям и действиям В. А. Малышева на посту председателя Госкомтехники и министра судостроительной промышленности он вынашивал план полной технической и органи­зационной перестройки промышленности, строительства и транс­порта на новейшей и технической, и организационной основе (18). Немало ему удалось в этом направлении. Но многое не удалось осуществить. И в силу того, что его возможности были ограничены в административном плане, и в силу того, что такая перестройка требовала колоссальных капиталовложений (вторая индустриализация), для которой не было достаточных ресурсов, отвлекаемых на колоссальные военные расходы.

Вторая индустриализация значительно отличалась от первой. Она опиралась на несравненно более подготовленную армию рабочих и инженерно-технических работников, мощный научно-технический потенциал. Можно было использовать на этот раз, в основном, собственную машиностроительную базу. Основным направлением ее проведения было не новое строительство, а реконструкция ста­рых предприятий, которая требовала меньших капиталовложений. Новое строительство требовалось, в основном, в создание новых отраслей промышленности. Упор на этот раз делался на органи­зационные факторы, более совершенную организацию производс­тва, использовавшиеся в довоенный и, особенно, в военный период в военной промышленности, а также на изменение типа организа­ции производства на основе специализации и кооперирования производства, внутриотраслевого и межотраслевого. Большее внимание уделялось качеству продукции. Одним словом, она но­сила интенсивный, а не экстенсивный характер, как первая. Но она имела и свои специфические проблемы и трудности. Она на­талкивалась на слабые места традиционной командной экономики: неудовлетворительное материально-техническое снабжение, упор на количественные показатели, ведомственность, слабую нацеленность экономических показателей на новые потребности. Частично эти проблемы решались, о чем говорили огромные про­изводственные успехи 50-х годов. Но многое не удалось решить, ибо целый ряд экономических проблем не нашли своего решения и в теоретическом, и в практическом плане, при реализации верных теоретических разработок.

Ярким отражение нового этапа развития советской промышленнос­ти явилась книга Г. Николаевой "Битва в пути", в которой на примере тракторного завода в середине 50-х годов показана борь­ба старого мышления и методов, представленных его директором и нового, интенсивного, нацеленного на новую организацию производства и новую технику, представленную, пришедшим из танко­вой промышленности, главным инженером.

Вторая индустриализация требовала финансовых ресурсов, по-ви­димому, сопоставимых по своей доле в ВВП как первая, осу­ществленная до войны. Однако, она на этот раз не могла осу­ществляться за счет снижения уровня жизни населения или рез­кого сокращения военных расходов, не совместимого с обеспече­нием военного паритета с огромной военной машиной Запада. Точнее, для такого резкого сокращения требовались очень серь­езные внешнеполитические уступки. На них был готов идти Л. Берия, предлагавший уступить ГДР взамен на нейтрализацию Гер­мании и разрядку военной напряженности. Видимо, Л. Берия по­нимал несовместимость второй индустриализации с чрезмерными военными расходами.

Уже первая попытка форсированно осуществить вторую индустриа­лизацию в 1956 году провалилась в силу нехватки ресурсов. Тогда, в декабре 1956 года было указано в решениях де­кабрьского пленума ЦК КПСС на чрезмерный, непосильный объем капитальных вложений. Впоследствии она осуществлялась гораздо медленнее и непоследовательно. В 1956 году не были выполнены годовые задания по ведущим показателям промышленности того времени: углю, металлу, цементу и лесу. Последние три продук­та определили развитие капитального строительства. В связи с этим в решении Пленума ЦК КПСС в декабре 1956 года предлага­лось сократить задания по капитальному строительству и от­дельным отраслям промышленности (19).

Так, амбициозная шестая пятилетка, призванная дать старт эко­номической гонке с США стала буксовать с первого года.

Наряду с ростом производительности труда, в пятой пятилетке происходило улучшение всех остальных показателей эффективнос­ти использования ресурсов. Об улучшении использования основ­ных производственных фондов говорят как повышение фондоотдачи (первый и последний раз в послевоенный период), так и, практи­чески всех натуральных показателей, эффективность использова­ния оборудования в отдельных отраслях и, обобщенно, электри­ческой нагрузки электромоторов (20). Чрезвычайно важно отме­тить резкое улучшение использования оборотных фондов. Излиш­ние запасы традиционно были ахиллесовой пятой советской эко­номики, вызванной неудовлетворительной организацией произ­водства, как на предприятиях, так и во всем народном хозяйс­тве. В пятую пятилетку темпы роста промышленности, по офици­альной оценке, росли почти в два раза быстрее, чем оборотные средства в запасах товарно-материальных ценностей. Особенно сильным было это превышение по незавершенному производству и готовой продукции, что говорило о качественном улучшении ор­ганизации производства на уровне предприятий и народного хо­зяйства (21). Обобщающим показателем повышения эффективности производства в этот период явилось значительное снижение се­бестоимости промышленной продукции в этот период в ценах со­поставимых с предыдущим периодом. При всей неточности этого показателя он все же характеризует тенденцию изменения уровня затрат. В среднегодовом исчислении себестоимость продукции снижалась в это период более, чем на 4% (22). Благодаря такому быстрому снижению затрат прибыль в народном хозяйстве за годы пятой пятилетки выросла, при почти неизменных ценах, почти в два раза.

Вследствие быстрого повышения эффективности производства в начале 50-х годов удалось обеспечить резкое повышение военных расходов и продолжение повышения реальных доходов населения, развертывание ряда крупных строек народнохозяйственного зна­чения. Такое сочетание не удавалось обеспечить перед второй мировой войной, при гораздо более низком уровне эффективности производства. Это действительно очень крупное экономическое достижение было использовано И. Сталиным для доказательства того, что СССР не осуществляет наращивание военного потенциа­ла (его последнее интервью в декабре 1952 года).

3.4. Огромное улучшение уровня жизни населения в пятой пяти­летке

Резкое повышение эффективности производства и определенное сокращение военных расходов, и использование части очень круп­ных к 1953 году золотых резервов для закупки предметов пот­ребления и сырья для его производства, позволили в этот пери­од, прежде всего, начиная с 1953 года, качественно поднять производство предметов потребления и потребления населением. В первые годы пятилетки в связи с застоем сельскохозяйственного производства и крупным ростом военных расходов после начала войны в Корее росло преимущественно производство и потребление непродовольственных товаров, что, кстати, при этих усло­виях тоже можно считать немалым достижением. После смерти Сталина и целого ряда мер по сокращению военных и других, свя­занных с ними, расходов (например, строительства ряда железно­дорожных линий стратегического значения) производство и пот­ребление продовольственных и непродовольственных товаров возросло, можно сказать, на порядок. Наряду с очень заметным ростом производства традиционных предметов потребления (мяса, молочных продуктов, тканей, обуви и т. д.) в этот период впервые в массовом масштабе было развернуто производство мно­гих товаров культурно-бытового назначения долговременного пользования (производство наручных часов выросло более, чем в 5 раз и достигло 8 млн. штук; более, чем в 3 раза выросло про­изводство радиоприемников; началось массовое производство те­левизоров, бытовой мебели). СССР с большим опозданием по сравнению с западными странами в этот период вступил в эру общества благосостояния. Все еще ничтожным оставалось произ­водство легковых автомобилей, холодильников и стиральных ма­шин. Заметно расширилось жилищное строительство, но этот рост еще не смог заметно повлиять на обеспеченность населения жильем. Уровень жизни населения, по западным стандартам, все еще оставался низким, но приближение к этим стандартам уже началось, и для советского населения этот период (автор хорошо это помнит по своим юношеским впечатлениям) представлялся пе­риодом небывалого расцвета благосостояния и уменьшения товар­ного дефицита, по крайней мере, в крупных городах.

Принятые осенью 1953 года серия постановлений ЦК КПСС и Совета Министров СССР о развитии сельского хозяйства, увеличении производства предметов потребления и расширении розничного товарооборота намечали огромный рост производства и потребле­ния потребительских благ в 1955-1956 годах. Размеры этого увеличения были значительно большими, чем совсем немалый рост, намечавшийся по пятилетнему плану. Однако, для квалифи­цированного экономиста очевидно, что новые задания предпола­гали такой колоссальный рост сельскохозяйственного производс­тва и капиталовложений в сельское хозяйство и группу "Б", что достичь его было невозможно. Повышение производства и потреб­ления потребительских благ в 2-2,5 раза за 5-6 лет, как пре­дусматривалось этими постановлениями, требовало либо фантас­тического роста эффективности производства во всей экономики, либо полного сворачивание военных расходов, что не предусмат­ривалось. Этот нереальный план ставился в 1955 году в вину Г. Маленкову и принятому курсу на недооценку опережающего роста группы "А". В свете сказанного выше такой упрек выглядит оп­равданным.

Принятие этих постановлений было одним из ранних симптомов того, что ставшее более реальным в послевоенный период плани­рование советской экономики снова становится менее реальным. Тем не менее, усилия, прилагавшиеся по выполнению этих поста­новлений, действительно привели к значительному расширению производства потребительских товаров, хотя и в гораздо мень­ших размерах, чем там планировалось.

3.5. Экономика СССР выигрывает экономическое соревнование
с капиталистическими странами


Достигнутые в пятой пятилетке темпы роста советской экономики намного превышали темпы роста в США, Англии и целом ряде дру­гих, относительно медленно растущих в этот период, капиталисти­ческих стран. Но они также часто превышали и темпы роста японской и западногерманской экономик, которые считали эконо­мическим чудом. Так, производство электроэнергии, самое кон­центрированное выражение уровня экономического развития стра­ны, в 1950 году в СССР превышало уровень ФРГ в 2 раза, а в 1955 году уже в 2,2 раза. По прокату черных металлов опереже­ние в 1950 году было в 2,55 раза, а в 1955 году - в 2,48 раза. По производству цемента в 1950 году СССР несколько отставал, а в 1955 году заметно опережал ФРГ. Рост производства хлопча­тобумажных тканей, кожаной обуви и радиоприемников в СССР был выше, чем в ФРГ. По производству электроэнергии СССР опережал Японию в 1950 году в 2,03 раза, в 1955 году - в 2,61 раза, по производству проката опережение сократилось с 5,1 раза до 4,25 раза, по цементу опережение составило в 1950 году 2,26 раза, в 1955 году - 2,12 раза. Грузооборот государственных же­лезных дорог вырос в Японии за этот период в 1,28 раза, в СССР - 1,61 раза. Таким образом, и Японию, если судить по наи­более надежным натуральным показателям, по темпам роста про­мышленности СССР скорее опережал. То же самое можно сказать и в отношении производительности труда. И в ФРГ, и в Японии в этот период значительная часть прироста промышленной продук­ции обеспечивалось за счет роста численности работающих в промышленности, в то время как в СССР преобладающее значение имел рост производительности труда. В отношении Японии следу­ет иметь в виду, что быстрый рост производства в этот период происходил при крайне низком уровне жизни населения, которое еще более ухудшилось по сравнению с, и без того низким, довоен­ным уровнем. Прирост производства был сориентирован на наращи­вание производственного потенциала и стремительный рост экс­порта, а не на повышение внутреннего потребления. При наличии массовой безработицы миллионы рабочих работали по 10-14 ча­сов в день (как в советских лагерях). Продажа детей в рабс­тво, дочерей в дома терпимости - были повседневным явлением в Японии начала 50-х годов. Сотни тысяч детей в возрасте 10-12 лет работали на японских фабриках с утра до поздней ночи (23). Крайне тяжелыми были жилищные условия трудящихся. Как видим, очень многое в условиях жизни населения Японии в этот период напоминало тяжелейшие условия жизни населения СССР в период индустриализации - 30-е годы, а немалое (применение детского труда, продолжительность рабочего дня, продажа детей в рабство) было еще хуже.

3.6. Подъем сельского хозяйства

Крупнейшим хозяйственным достижением 50-х годов явился гранди­озный (не побоюсь этого слова) подъем сельского хозяйства. Подъем сельского хозяйства являлся важнейшим условием повыше­ния уровня жизни населения, подъема легкой и пищевой промыш­ленности. Именно в этой области достижения советской экономи­ки были наименее значительными, и многие специалисты внутри страны и за рубежом считали, что крупных достижений в этой области ждать невозможно из-за органических дефектов колхозного строя и вообще общественного хозяйства, особенно явных именно в этой отрасли экономики. Однако, как только советское государственное руководство поставило задачу подъема сельско­го хозяйства в качестве своей первоочередной задачи (начиная с 1953 года) - достижения не замедлили появиться. В целом, за 1952-1958 годы продукция сельского хозяйства СССР выросла примерно в 1,5 раза, т. е. почти на 10% ежегодно. Таких колос­сальных темпов роста в нормальный (а не восстановительный) пе­риод не знало, сколько мне известно, сельское хозяйство ни в одной стране капиталистического мира, даже США в 60-70-е годы XIX века. Другой особенностью роста сельскохозяйственного про­изводства явилось то, что оно происходило преимущественно на интенсивной основе. За указанный период численность занятых в сельском хозяйстве практически не изменилась. Это означает, что производительность труда в сельском хозяйстве росла еже­годно на те же почти 10 процентов. И это совершенно небывалый рост производительности труда в сельском хозяйстве, практи­чески равный росту производительности труда в промышленности в этот же период.

Если сопоставить рост урожайности и посевных площадей, пого­ловья скота и продуктивности животных, то при существенном росте посевных площадей и поголовья скота, все же большая часть прироста сельскохозяйственной продукции обеспечивалась за счет роста урожайности и повышении продуктивности животно­водства. Таким образом, и в сельском хозяйстве преобладали интенсивные методы, как и предлагалось Директивами XIX съезда КПСС.

Решающим фактором роста сельскохозяйственного производства явилось огромное увеличение материально-технической оснащен­ности сельского хозяйства и качества руководства сельским хо­зяйством. Парк важнейших сельскохозяйственных машин и орудий в этот период вырос в 1,5-2 раза на основе огромного роста сельскохозяйственного машиностроения. Значительно выросли поставки сельскому хозяйству минеральных удобрений.

Сельское хозяйство было значительно укреплено квалифицирован­ными специалистами - механизаторами, руководителями сельско­хозяйственных предприятий, направленных из промышленности, управленческого аппарата, партийных органов. Если до сен­тябрьского пленума ЦК КПСС большинство руководителей сельско­го хозяйства имели начальное образование, то в этот период произошла массовая замена руководителей на лиц, имеющих сред­нее специальное и высшее образование. Резко вырос квалифика­ционный уровень механизаторов сельского хозяйства, также по­полнявшийся работниками промышленности и вновь обученными ме­ханизаторами.

Наконец, (но отнюдь не в последней степени) огромный подъем сельского хозяйства в этот период обеспечивался целой серией мероприятий по повышению уровня жизни работников сельского хозяйства и их большей заинтересованностью в результатах сель­скохозяйственного производства: повышением заготовительных и закупочных цен, уменьшением налогового бремени, поощрением личного подсобного хозяйства, более высокими ставками оплаты труда работников МТС и совхозов.

В целом, указанный период показал, что колхозы и совхозы при обоснованной экономической политике и помощи в их деятельнос­ти могут быть достаточно эффективными хозяйственными предпри­ятиями.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9

Похожие:

Г. И. Ханин советское экономическое чудо 40-50-х годов iconГлебов Рукопись "Советское строительное проектирование"
Я даже не мыслил своего будущего вне строительного проектирования, и если бы не известный погром экономики 1990-х годов, то и по...

Г. И. Ханин советское экономическое чудо 40-50-х годов iconВ феврале 1920 года руководство концерна dwm обратилось в Совнарком...
Советское правительство ответило согласием и уже в начале апреля в Берлин отправилась делегация под руководством Н. М. Филатова....

Г. И. Ханин советское экономическое чудо 40-50-х годов iconНаучно-практическая конференция для обучающихся «православие и современность»...
Советское государство и русская православная церковь в период с 1917 по 1922 годы

Г. И. Ханин советское экономическое чудо 40-50-х годов iconМое рукотворное чудо Автор: Гаджимагомедова Саида ученица 1а класса
Введение. Концептуальность и актуальность проекта

Г. И. Ханин советское экономическое чудо 40-50-х годов iconСветлана Франк Красный велосипед и чудо-дерево Содержание Contents...

Г. И. Ханин советское экономическое чудо 40-50-х годов iconРешение Совета директоров Polyus Gold International Limited от 27...
Хнико-экономическое обоснование (тэо) строительства электросетевых объектов «Двухцепная вл 220 кв пеледуй – Чертово Корыто – Сухой...

Г. И. Ханин советское экономическое чудо 40-50-х годов iconЛичность Петра I. Итоги и оценка петровских преобразований
«…Что такое Петр? Чудо или чудовище? (Дм. Мережковский «Грядущий хам», 1905 г.)

Г. И. Ханин советское экономическое чудо 40-50-х годов iconТехнико-экономическое обоснование
Заключение

Г. И. Ханин советское экономическое чудо 40-50-х годов iconИнесса Ципоркина Психологическая зависимость: как не разориться, покупая счастье
Ну, разве что жена/мама поворчит и друзья посмеются: опять наше чудо в перьях увлечено по самое некуда!

Г. И. Ханин советское экономическое чудо 40-50-х годов iconЭ то чудо рициниол! (Записки странствующего лекаря)
Но-шпы, без рубцов и шрамов заживлять обширные повреждённые «огнём и мечом» поверхности, улучшать зрение и умственную деятельность...

Г. И. Ханин советское экономическое чудо 40-50-х годов iconПрограмма Экономическое моделирование и экономическая политика: макроэкономика...
Экономическое моделирование и экономическая политика: макроэкономика и макроэкономическая политика

Г. И. Ханин советское экономическое чудо 40-50-х годов iconВаш клиент
«шинели». Советское предприятие было ориентировано не на клиента, а на «план». А посему не стоит удивляться тому, что мы вошли в...

Г. И. Ханин советское экономическое чудо 40-50-х годов iconНаучная работа оу во «юуиуиЭ»
Необходимости проведения и экономическое значение внутрихозяйственного землеустройства

Г. И. Ханин советское экономическое чудо 40-50-х годов iconИтоговый опросник для обучающихся дистанционного курса по вязанию крючком «Чудо-клубок»
Инструкция для обучающихся: Внимательно прочитайте вопрос, выберите вариант ответа и отметьте его знаком «+»

Г. И. Ханин советское экономическое чудо 40-50-х годов iconПервая салемское чудо
Анжелика с состраданием взглянула на подростка, которого охранник, чью голову покрывало некое подобие стального бритвенного таза,...

Г. И. Ханин советское экономическое чудо 40-50-х годов iconИнформационный обзор публикаций из периодики №11
Тенденции мировой экономики и политики, экономическое развитие зарубежных стран 5


Руководство, инструкция по применению






При копировании материала укажите ссылку © 2018
контакты
rykovodstvo.ru
Поиск